Вечереет. Холодное красное солнце нехотя уходит за горизонт. Последние ярко розовые всполохи лучей причудливо пронзают тяжёлые сине фиолетовые тучи. Закат чудесным образом играет своими изменчивыми формами и оттенками. Сумерки постепенно уплотняются и лёгким ажурным покрывалом закрывают небо и землю. Звёзды, как волшебные огоньки загораются на небе. Вечер сменяется ночью. Я любуюсь природным таинством, набирая дров для печи.
Внезапный порыв ветра доносит до моих ушей громкий волчий вой и возвращает в тревожную реальность. Каждый год, с первыми морозцами к нам в Карабулак возвращаются стаи волков. К этому невозможно привыкнуть. В первое мгновение наступает оцепенение. Матёрые волки воют басисто и уверенно. Молодые тонко и раскатисто. Подростки подвывают отрывисто и как будто жалобно скулят. Сначала завывает один-два, потом подхватывают следующие и вот уже разносится переливистое многоголосье по безкрайним просторам камышей и тростника. Когда начинается волчий хор, примерно в тридцать - сорок глоток. Создаётся впечатление, что ты окружён и захвачен кровожадным волчьим полчищем, где царят беспощадные законы и правила. Волосы на голове непроизвольно начинают шевелиться, и кровь стынет в жилах.
Волки ждут, когда замёрзнут речки и ильмени, и можно безпрепятственно по окраинам села гонять и загрызать коров и телят, находящихся на вольном выгуле. Нападать на отдельные овцеводческие «точки» в степи. Раскапывать, разрушать, построенные из камыша стайки и задирать коз да баранов.
Наше село Карабулак, узкой извивающейся лентой, в один-два двора растянулось на три километра по скосу бугра. С одной стороны пологий берег омывается речкой, с другой обрывисто упирается в ильмень(мелкое озеро). Прямо за нашим огородом через речку примерно в двухстах метрах, находится небольшой заповедный остров, где раньше жили фазаны, гуси, кабаны и другая редкая для Астраханской области живность. Сейчас растут только старые тополя, ивы и ясень. Там обычно обитает одна большая стая волков. Ещё две стаи хозяйничают вдоль берега ильменя. Раньше численность волков регулировали на государственном уровне, сейчас никто отстрелом не занимается. Егерей сократили. Последние годы волки начали наглеть не на шутку. Соседние сёла живут разведением овец. Из-за волков несут большие убытки. Приглашали профессиональных охотников, те облазили камыши, осмотрели окрестности с вертолёта, и пожав плечами сказали, что волков здесь вообще не наблюдается.
В нашем селе в основном держат крупно рогатый скот, с ним волку справится сложнее. Обычно коровы, завидя хищников, быстро выстраиваются в круг. Загоняют молодняк внутрь, а свои тяжёлые рогатые головы направляют наружу. Редко какой телёнок не успеет спрятаться в круг стада и редко какой волк рискнёт броситься на острые и крепкие рога. Но во время отёла животные становится беззащитными. Корова начинает искать укромное местечко, отдельно от стада, что бы её никто не потревожил. А хитрым волкам это и надо. Затаятся и выжидают. Затем окружают и нападают все разом. Если волчья стая большая, то буквально на глазах, от коровы и новорожденного телёнка остаются рожки да ножки.
Я раньше считала, что волки не любят плавать в холодной воде, поэтому до ледостава мы жили в относительной безопасности. Да и близко к селу эти хищники никогда не подходили. Поэтому каждое зимнее тёмное утро, взяв на всякий случай железный длинный прут, под дружное волчье завывание провожала я своих детей с одного конца села в другой, на школьную остановку.
Но в ту памятную ночь моё мнение о волках резко изменилось. Я поняла, что голодную стаю железной палкой не остановишь и не победишь. Истории, о которых я хочу рассказать, случились несколько лет назад, прямо за полуметровой стеной землянки, в которой мы тогда жили. Сейчас мы недалеко от неё построили крепкий новый дом. Да и железный прут я сменила на охотничью двухстволку. Хотя уверенности и надёжности от этого не прибавилось. Разве могу я, даже хорошо вооружённая, защитить детей от стаи, состоящей из пятнадцати волков?
Волчица.
Наступила холодная ноябрьская ночь. Метель, поднимая пушистый снег с земли до неба, уже неделю не позволяла хозяевам выгонять коров в степь и камыши. Вся скотина находилась в крепких стайках и дворах, питаясь заготовленным заранее сеном. Старая волчица, никак не могла накормить своих взрослых дочерей и подрастающее потомство. Даже следов зайцев и енотов нигде не было видно. Волчица хорошо помнила былые времена. Когда водила стаю далеко от этих мест по реке Хурдун. Обучая подростков и щенков ловить зайца и молодых кабанчиков. Как придавливала жертву своими острыми и крепкими зубами. Приучая волчат к стремительной и ловкой охоте. Сейчас зайцев стало мало, да и зубы притупились. С самцом, её волком, они всегда были как бы единым целым. Понимая друг друга по еле слышному поскуливанию и урчанию. Дружескому рыку и оскалу, нежному прикусыванию за загривок. От воспоминаний о своём старинном друге у волчицы заволокло и затуманило глаза. Какой же он был красавец. Да и она под стать ему. Шерсть лоснилась и переливалась на солнце. Белоснежные клыки сверкали между дрожащими губами. Её старик недавно погиб во время охоты. Молодой жеребец размозжил ему череп, отбивая своего жеребёнка. Волчица не затаила обиду на коней. Она понимала, что волк больше не мог добывать пищу, она уже год как кормила его украдкой от детей. По закону стаи давно должна была его изгнать. Но понимая, что скоро и её постигнет та же участь, не спешила и тянула время. Совсем скоро её подслеповатые глаза не смогут различать животных, и она будет лишь путаться под ногами, мешая загонять добычу. Глубоко в душе волчица завидовала своему волку. Удастся ли ей так же героически погибнуть в неравной схватке, или позорно застрянет где ни будь в корявых корнях на потеху людям и собакам. Волчица не спеша подошла к реке, забереги уже захватили воду в свои ледяные объятья. Ещё день-два и невозможно переплыть. Мороз скуёт воду только через неделю, но по тонкому льду опасно идти. Или сейчас или никогда, решилась волчица, и прыгнув в воду, поплыла. За ней как по команде прыгнули друг за другом все волки. Молодые и сильные, ломая хрупкий лёд, первыми выбрались на берег. Старая, пыхтя и сопя выползла последней, и не отряхиваясь, тяжело водила впалыми боками. Её дочери, начали облизывать мать, проявляя заботу и придавая силы. В селе волки никогда не охотились, от туда пахло собаками и людьми с огнестрельным оружием. Но хитрость, знания и опыт старой волчицы были последней надеждой для всей стаи. Через некоторое время старуха крепче встала на ноги и отряхнулась. Вода и снег мелкой пылью взлетели вокруг мокрой седой шерсти.
Вытянув морду, она медленно двинулась в сторону манящего запаха. Семья из пятнадцати волков, в точности повторяя её мягкие и осторожные движения, шла следом, оставляя на снегу чёткие и глубокие отпечатки лап. Пурга, устав мотать сугробы с места на место, постепенно угомонилась. Луна тускло светила. У стены старой землянки, укрывшись от пронизывающего снежного ветра, расположилось на ночлег стадо коз и баранов. Животные мирно дремали, отрыгивая и пережёвывая жвачку. Они решили, что находятся в полной безопасности и были застигнуты врасплох. Молодые изголодавшиеся волки, захлёбываясь слюной, и мешая друг другу, двигались молниеносно. Кидались и рвали шкуру и артерии, вонзаясь острыми как лезвие зубами в глотки и мягкие животы животных. Поедая внутренности и выпивая кровь. Снег вокруг зарезанных волками баранов и коз остался чистым и белым. Старая волчица, лакая стекающую тёплую кровь барана, чувствовала как прибывают силы. Один козёл сломя голову умчался с резни в другой конец села, и перепрыгнув через забор, забился в дворовые постройки. Баран тоже сумел спастись. Он побежал вдоль забора, огораживающий двор землянки, и выбив рогами двери загона, спрятался за длиннорогими козами. Козы от неожиданности и испуга начали истошно блеять и орать, а племенной козёл громко рычать и фыркать. Собаки со всего села поддержали этот гомон всё нарастающим громким лаем. Подзакусившим волкам, ничего не оставалось, как бросив недоеденную добычу убраться восвояси.
Но через несколько дней, помня о лакомых потрошках, кровожадные волки вернулись.
Человек под забором.
Раньше жили мы в землянке.
Спали на полу, словно на полянке.
В трескучие морозы,
новорожденных козлят приносили.
Водой с мылом чисто мыли.
За тёплую печку сушиться ложили.
Утром солнышко сияет.
Мама деток поднимает.
Одеялки открывает.
А там, рядом с детьми на подушках.
Козлята, пушистые, словно игрушки!
Застелив весь деревянный пол землянки старыми пальто и шубками и создав для каждого подобие тёплой норки, я уложила спать, всю свою семью, от мала до велика. Шумные и активные дети: Паша, Петя, Ваня, Люба, Надя и Вера набегавшись и наигравшись в сласть с маленькими козлятами, тихо и сладко спали, посапывая носиками. Я же на столе у окна принялась мыть посуду. Стены у землянки почти полуметровые, через них звук не проходит. Но тонкие рамы со стёклами, для тепла обтянутые целлофаном, пропускают с улицы даже самый тихий звук. На острове, через речку, как обычно зимой в наступающей темноте, распевно и печально воют волки. Проведя за заботами о детях и работой по хозяйству длинный - предлинный день, окунув натруженные руки в тазик с тёплой водой, я незаметно задремала. Внезапно громкий стук в калитку заставил вздрогнуть.
-Опять пьяные по ночам шатаются. Не угомонятся ни как. И волков не боятся. Нужно быстренько домывать и свет выключить. – только успела я так подумать, как раздался приглушённый голос, идущий как буд то из под земли.
- Хозяйка, пусти погреться! Замерзаю! Ног уже не чую, в шлёпках я.
Накинув куртку и платок, пошла посмотреть на бедолагу:
- Как вы здесь оказались и почему в такой мороз в летних шлёпанцах?
-Заблудился я, темно и ничего не видно, да и не нужен я тут никому. Поругался со всеми. Пустите погреться. Только рассветёт, уеду домой.
- Не могу я пьяного и незнакомого человека в землянку пустить. Муж с больной спиной лежит, уже какую неделю подняться не может. Весь пол занят. Детки спят, я их тревожить не стану. Пойдём те к соседям попросимся, у них места много. А где вы? Я вас не вижу.
Луна закуталась в снеговые лохматые тучи, как в тёплую пуховую шаль. Земля, слегка припорошенная снегом, едва виднелась.
- Да здесь я, под забором лежу, подняться не могу, ноги не слушаются.
- Цепляйтесь за забор, держитесь за меня, и пойдёмте потихоньку.
Человек, взявшись за мою руку, с трудом поднялся на прямых как палки ногах. Луна на мгновение выглянула из-за туч, и я успела увидеть глаза незнакомца. Неожиданно ярко голубые на бледном лице, искажённом гримасой боли и отчаяния. Мне показалось, что они были полны слёз.
- Слава Богу, что вы меня услышали! Спасибо, что не бросили. Мой знакомый в вашем селе недавно замёрз. Так же вот как я пошёл, а метель метёт и ничего не видно…до дому так и не дошёл. Посередине села под забором и замёрз. Можно мне постоять маленько, отдышаться?
- Нет, нет, не останавливайтесь, нам спешить нужно, а то волчий вой всё ближе становится. Если стая придёт, то нам не отбиться. Вы знаете, сколько одиноких путников идущих через камыши и замёрзшие речки волки в наших краях загрызли?
- Знаю, недавно мужчина с женщиной решили дорогу сократить и напрямки через лёд пошли. Потом от них только косточки нашли.
-Вот, вот, и я об этом говорю. Ох, не могу я вас больше тащить, плечо онемело, постарайтесь сами идти.
На наше счастье соседи ещё не спали. Я постучалась, открыла дверь и втащила трясущегося от холода мужчину в тёплый сумрак прихожей.
-Приютите, пожалуйста, не дайте замёрзнуть человеку.
Как только увидела растерянный кивок согласия, так сразу же выскочила из землянки и помчалась домой. У калитки запнулась о шлёпанцы. - Как же он завтра босиком домой поедет? Побежала назад. Отдала шлёпанцы владельцу. Домой я летела быстрее ветра. С колотящимся сердцем и трясущимися пальцами закрыла калитку. Во тьме я чётко видела зелёные огоньки, приближающихся хищных глаз. Впереди шла матёрая волчица, а чуть поодаль молодые волки. Волчица громко завыла, молодые подхватили пронзительно и звонко. Оказавшись внутри своего двора, относительно защищенная старым трухлявым забором, я побежала к козьему загону. Козы были похожи на статуи, все поднялись на ноги и вытянув шеи вглядывались в сторону воя. Громкими хлопками в ладоши я вывела коз из оцепенения, и загнала в стайку. Затем закрыла дверь в стайку и привалила камень. Собаки по всему селу замолчали и затаились по конурам, как буд то их здесь и нет Понимая, что камышовая стайка голодную стаю не удержит. Волки легко раскопают когтями и зубами мягкий камыш. Я взяла две пластиковые бутылки и начала изо всех сил бить их друг о друга. Замёрзший воздух взорвался грохотом и треском. Волки перестали выть и прислушались. Я повторила громовую атаку, бегая по двору в разных направлениях. Собаки потихоньку затявкали, а волчица нехотя повела стаю в обход села.
Когда я замёрзшая и счастливая забралась под тёплый бочок мужа, он спросил:
-Ты слышала? Не ужели гром среди зимы?
-Спи любимый, это я волков пугала.
-Вот и молодец. Спокойной ночи, милая.
Мобильная версия
