Господь привёл меня домой! ( о возвращении в Православие ) ⇐ Инославие

[Георг]

Известный сибирский пастор и экстрасенс после 18 лет служения в протестантском собрании перешел в Православие вместе с семьей и общиной

Источники: ИHТЕРФАКС–Религия / Седмица.Ru

ИРКУТСК. Пастор Игорь Зырянов из Иркутской области после 18 лет служения в протестантском собрании и двух лет пасторской миссионерской работы перешел в православие вместе с семьей и всей общиной.

"Нам не было легко, но и сейчас, и дальше мы будем учиться и следовать за Господом по православному тысячелетнему пути. Но главное то, что пришла полнота, как будто 18 лет я искал и не находил, пил и не мог утолить жажду, ел и не мог насытиться", - пишет И.Зырянов в статье под заголовком "Господь привел меня домой!", опубликованной на сайте Иркутской епархии.

По его словам, члены его общины до этого момента "плыли по реке протестантизма, и вдруг горизонт расширился, и впереди открылся безграничный океан Православия".

Уроженец города Усть-Кута Иркутской области, И.Зырянов, по его словам, в детстве интересовался "всем эзотерическим и оккультным", в школе занимался экстрасенсорикой. Его родная бабушка почиталась земляками как целительница и гадалка, могла отогнать своими "заклинаниями" медведей и волков, а со временем научила гадать и внука.

После школы И.Зырянов начал работать экстрасенсом, открыл собственный кабинет. С начала 1990-х начал посещать собрания протестантской церкви "Благая весть", поначалу рассчитывая таким путем привлечь клиентов. Будущему православному Христос поначалу казался "великим экстрасенсом".

И.Зырянов начал ездить по поселкам как миссионер и в целом произнес около 4 тыс. проповедей. Однако со временем в нем стало расти разочарование в протестантизме, он видел в протестантских общинах "кусочки, осколки Церкви, вроде бы и церковь - но с ущербом, без полноты", а "Церковь с большой буквы" не находил.

Несколько лет чтения святоотеческой литературы и общения со священниками, которые "разительно отличались от протестантских пасторов, распираемых гордостью, отличались смирением, добротой", привели И.Зырянова к решению перейти в Православие. В результате он вместе с семьей и общиной из поселка Баяндай стали православными. Сегодня И.Зырянов - член приходского совета поселкового прихода в честь Михаила Архангела.

[Irina2]

Был еще один случай давно правда, в Америке, там то же протестанты перешли в православие. Можно прочесть в книге Питера Гелхвиста "Возвращение домой". Там столько исканий , а потом они долго обьясняли что они хотят перейти ВСЕЙ общиной...никто не верил.

[Георг]

Было уже несколько таких случаев. На Филиппинах две такие общины (всего более 5 000 человек) перешли в Православие в прошлом году. В позапрошлом году ещё одна такая община перешла в Православие в Америке.

Но в России такое случается впервые!

[Олександр]

Был еще один случай давно правда, в Америке, там то же протестанты перешли в православие. Можно прочесть в книге Питера Гелхвиста "Возвращение домой". Там столько исканий , а потом они долго обьясняли что они хотят перейти ВСЕЙ общиной...никто не верил.

Я прочёл эту книгу на одном дыхании. Потом проверял в сети, так ли это, потому что даже и не верится, что такое может быть. Там перешла не одна община, а много, и переходят до сих пор.

[Георг]

Игорь Зырянов
Господь привёл меня домой!

Рассказ члена Приходского Совета прихода в честь Святого Михаила Архангела в пос. Баяндай Иркутской области Игоря Зырянова

«Почему ты перешел в Православную церковь? После восемнадцати лет служения в протестантском собрании, двух лет пасторской миссионерской работы, ты и твоя семья, и вся ваша община перешла в православие?», – Так как я часто слышу этот вопрос, и во избежание разных рода слухов, я решил написать, как все произошло. В этом рассказе я не пытаюсь ответить на Богословские вопросы, которые стают перед протестантом, интересующимся Православием, а только отметить их, как вехи. Я ни в коем случае не хочу осудить ни одного человека – протестанта по своим убеждениям. На самом деле и я, и моя семья очень благодарны людям, от которых однажды услышали о Господе – Иисусе Христе.

ЕСЛИ ЕСТЬ БОГ, ТО Я БУДУ СЛУЖИТЬ ЕМУ

Я родился городе Усть-Куте, Иркутской области, в первый день холодного ноября, когда снежок большими, мягкими пушинками нежно ложился на землю. Наш дом стоял прямо на берегу могучей реки Лены, там прошли мое детство и юность, там начался мой путь к Творцу. Для меня дорога к Богу лежала через мир оккультизма…

Воспоминания детства. Вот бобы с глухим шуршанием высыпались на стол. Бабушка начала выбирать некоторые и раскладывать по столу.

– Смотри, – приговаривает она, – вот так нужно их класть.

Мне не больше лет 4, я сижу и смотрю на нее широко открытыми глазами. Бабушку Акулину земляки почитали как целительницу и гадалку. Люди боялись ее, но в то же время постоянно о чем-то просили. Во время Великой Отечественной войны женщины часто звали ее с собой в лес по ягоды. Увидят змею – зовут Акулину. Та подойдет, пошепчет – положит пустую бутылку прикажет: «А ну марш в бутылку!», и гадина послушно заползает внутрь… Могла бабушка отогнать своими заклинаниями даже медведя и волка.

Теперь она часто приходила к нам и играла со мной, заодно обучая гадать на бобах и кедровых орешках. Конечно, я очень смутно помню это время. Зато хорошо помню, что когда бабушка умерла, я начал сам общаться с духами. Стоило мне посчитать до пяти – духи начинали говорить со мной. Я брал конфетку или копеечку и бросал в воздух, до тех пор, пока предметы, не падая, улетали куда-то, так что я не слышал звука от их падения. Таким образом, я приносил духам пожертвования.

Когда я вырос и пошел в школу, меня еще больше начало тянуть ко всему эзотерическому, оккультному. Довольно быстро я научился медитировать и освоил азы биоэнергетики – «снимал» головную боль папы и мамы руками.

К окончанию школы прошел курсы экстрасенсорики, где был признан лучшим, так как безошибочно диагностировал пациентов. Таким образом, к 17 годам я с головой погрузился в мир оккультного, даже стал работать экстрасенсом, открыв собственный небольшой кабинет для приема страждущих.

Интересно, что на тот момент я по-своему верил в Бога, даже думал, что служу Ему. Время от времени молился, заходил в православный дом молитвы (тогда у нас в городе еще не было ни часовни, ни храма) покупал свечи для своих ритуалов. Однажды, в 1992 году, я встретил пастора местной протестантской церкви, тот пригласил меня на служение, и я с радостью принял это приглашение, так как думал увеличить число своих пациентов за счет церкви. Конечно, я тогда не знал ничего о Православии и инославии, но считал Христа великим экстрасенсом. Но одна ясная мысль грела меня очень сильно – я знал, что Бог есть, и я должен служить Ему, это единственный смысл жизни. Поэтому, когда пастор объяснил мне из Священного Писания, что на самом деле я служу бесам, и предложил отречься от всякой бесовской силы и принять Христа как своего Господина, я согласился. Во время молитвы понял, что бесы оставили меня. Счастье и радость – вот мое состояние первые месяцы, после того как Бог нашел меня. Христос – это истина, и нет другого на свете бога, кроме Святой Троицы!

Мой отец отреагировал на этот мой шаг негативно, звал меня в Православие, однако он сам был атеист. После того, как он начал читать Библию, папа раскаялся и молился регулярно Богу, также и мама. Затем мой старший брат тоже пришел к вере в Бога. В протестантской общине нас учили тому, что «Православие заблудилось и там мертвая религия, а у нас жизнь», и мы с братом стали активными членами церкви «Благая Весть» города Усть-Кута. Через 2 месяца я уже проповедовал, через год стал «евангелистом» и ездил по поселкам с проповедями о Христе.

СРЕДИ ОБЩИН-КЛОНОВ
или ЦЕНА ОТВЕРГНУТОГО ПРЕДАНИЯ

В 1994 году я поехал учиться в Иркутск, на курсы в Сибирский Теологический Институт, где с удивлением обнаружил, что оказывается, различных протестантских церквей очень много, и не все из них признают друг друга, каждый пастор несет свое учение. Есть большие союзы, как, например, союз пятидесятников или баптистов, есть соединения поменьше, но в основном стройной системы и иерархии нет. Горькие размышления об отсутствии единства протестантских церквей привели меня годы спустя к Православию. К слову, протестанты стараются объяснить эту проблему по-разному, упрощая понятия Церкви, поясняя порой даже, что просто любой человек, верующий в Иисуса Христа – уже Церковь. А разделения, мол – это чисто человеческий фактор. Да и как не делиться, если Библию каждая ветвь и ответвление толкует, как хочет, вырывая цитаты из контекста. Пятидесятники бьют Библейскими фразами баптистов, отстаивая свое учение, те – лупят пятидесятников, а вместе они выступают против харизматов, причем каждый утверждает, что только у них «Библейское учение».

Сейчас я сознаю, что, начисто отвергнув Предание, учение Святых Отцов, протестанты потеряли систему координат, точку отсчета. Без опоры на Предание, любое учение можно легко «привязать» к Библии. Если сомневаетесь, подумайте – откуда у протестантов более 40000 деноминаций? Но свято место пусто не бывает – своеобразным «Преданием» в собраниях евангельских церквей является авторитетное слово пастора или учение союза, основавшего ту или иную деноминацию. Потому направления, течения и курсы меняются часто… Представьте: вот церковь, которая придерживается учения «А». Вдруг один из лидеров этой церкви говорит: «Бог открыл мне из Библии учение «Б». Пастор и совет собираются и говорят: учение «Б» – это ересь. И этот лидер,IV века вообще не было Нового Завета! Только представьте, что 400 лет люди рождались, уверовали, служили Богу, умирали, рождались их дети, внуки, правнуки, и так далее, а Нового Завета все не было! Было лишь Предание, частично письменно, частично устно. И только позже Церковь решила выработать канон из всего Предания, для того, чтобы человек мог уверовать во Христа. Протестанты едва ли знают, в основной своей массе, что те люди, кто создавали канон, и литургию служили, и иконы у них были. Мы все – выходцы из протестантов, смотрели на Библию через очки своего протестантского предания – но что более заслуживает доверия? Предание, сформированное 100 лет назад, как у пятидесятников, 250 лет назад – как у баптистов, или 400 лет назад – как у лютеран? Не разумнее ли довериться Преданию, данному нам Самим Христом и Его учениками, – апостолами, передавшего учение своим последователям? За 2000 лет Священное Предание остается неизменным ни на йоту. И хранит это Предание до наших дней Православная Церковь. если для него пастор авторитет, скажет «я подчиняюсь». Либо, если пастор ему не авторитет, служитель решит что «я могу и лучше пастора понимать Писание», уйдет и откроет еще одну протестантскую церковь со своим учением. Принцип, который свято чтут протестанты, «Только Писание», работает против них. Потому что Писание одно, а спорных, толкуемых по-разному мест в Библии много… Но ведь достаточно обратиться к истории Церкви, чтобы увидеть, что Писание создала Церковь. До конца

…Я тоже попал в водоворот разных учений и церквей. Одно для меня было ясно – надо идти к тем, кто еще не слышал Евангелие, и заниматься миссионерством. Быть в постоянной каше учений и противостояний я уже не мог.

РАЗОЧАРОВАНИЕ
или ОСКОЛКИ БОЛЬНО РЕЖУТ РУКИ

В 1996 году я женился. Закончив в 1997 году «Школу Христа» в г. Кемерово, мы с женой уехали проповедовать о Христе в село Баяндай, место компактного проживания западных бурят, тогда еще Усть-Ордынского Бурятского Автономного округа, Иркутской области.

Мы старались, как могли, донести весть о Христе до бурятского народа. Более того, с 2001 года мы стали стараться помочь церквям в Сибири начинать миссионерские проекты среди 42 коренных народов Сибири. Мы с женой стали часто ездить по России и Украине, проводя семинары о важности проповеди малым народам. В целом я произнес около 4000 проповедей и семинаров, посещая собрания разных деноминаций. Пятидесятники и харизматы всех мастей, Новое Поколение Алексея Ледяева и Виноградник, Баптисты консерваторы и новаторы, регистрированные и нерегистрированные (это две разных деноминации, также есть и у пятидесятников), лютеране и пресвитериане, реформаторы и движение веры, – где только мы не проповедовали.

Думая, что наша миссия может обновить протестантов, мы старались, как могли, даже стали инициаторами международной организации «партнерства для достижения Евангелием коренных народов Азии», на которой встречались люди, заинтересованные в том, чтобы народы знали о Христе. Из разных стран приезжали пасторы и служители на ежегодную конференцию этого партнерства. Прилагая огромные усилия к проповеди Евангелия, мы четко сознавали главные проблемы протестантского движения. Много, много раз встречались с «самодержавными» пасторами, тоталитарным руководством, серьезно ранившим сердца прихожан. К какой бы то деноминации мы не обращались – Церковь с большой буквы я не находил, все общины были как бы кусочками, осколками Церкви, вроде бы и церковь – но с ущербом, без полноты. Зрело и росло мое разочарование в протестантизме. Это сейчас я понимаю, что отвергнув благодатное преемство от Христа, через Апостолов и Епископов, (хотя признавая преемство своих пасторов друг от друга) отвергнув Таинства, протестанты лишились полноты Святого Духа. Церковь не может быть «от Уэсли», или «от Лютера», или «от Ледяева» или от кого-либо еще. Церковь может быть только от Христа.

ЗНАКОМСТВО С ПРАВОСЛАВИЕМ, ОБНОВЛЕНЧЕСТВО

С 2001 года мы стали изучать новую для нас доктрину, а впоследствии даже влились в движение “Простых церквей”. Это движение – как бы реформация в протестантизме, восстает против явных искажений и ратует за возврат к простоте. Интересно, что это движение использует много выдержек из православных трудов. По моему мнению, движение простых церквей – это шаг к Православию во всем протестантизме.

В 2009 году, прожив полтора года в Красноярске, мы переехали в Улан-Удэ, чтобы там организовать церковь и продолжать работу среди всех народов. К этому времени мы проделали большую работу по записи на диски пересказа Евангелия на языки коренных народов. 20 разных записей было у нас, и мы сделали и распространили диски по Якутии, Бурятии, Тыве и Красноярскому краю тиражом в 11000 шт. Короче, мы работали, не покладая рук. Но в Улан-Удэ я задумался о славянских народах – как им лучше проповедовать? Как донести им ясно Евангелие? В это время меня очень вдохновило повествование о святителе Стефане Пермском, который в 14 веке принес свет Евангелия народу зырян, от которых я сам веду своё родовое древо. Святитель бесстрашно нес проповедь, преодолевал невероятное духовное, а порой и физическое противостояние. В конечном итоге зыряне уверовали и до сих пор “на Печоре на реке” очень сильно Православие. Один мой знакомый американец, знающий зырян, сказал: “О, я понял, если ты зырянин, то, конечно, должен быть православным, потому что все зыряне – православные”. Я стал узнавать о Православии больше. Читал книги митрополита Антония Сурожского, святителя Николая Японского, святого праведного Иоанна Кронштадского, протопресвитера Александра Шмемана и пережил настоящее потрясение – увидел глубину и здравомыслие, отсутствие «воды», которой так много в американских протестантских книгах. Чувство было – будто прикоснулся к чему-то своему, до боли знакомому и родному.

Тогда я начал понимать, что кроме Православия меня уже не устроит ни что другое. В Улан-Удэ первый раз сходил и постоял на службе в храме. Однако сразу перейти в Православие было невозможно. Нам было необходимо найти что-то среднее между протестантизмом и Православием. И мы начали общаться с православным обновленческим движением «архиепископа» Сергия Журавлева. Это священник РПЦ, который стал пятидесятником, а позже решил принести «пробуждение» в Православие. Реально у Сергия Журавлева почти нет последователей, в основном он ездит и делает семинары на тему «История церкви», где поливает грязью Православие перед протестантами, усиливая неприязнь протестантов к православным, хотя иногда это дает обратный эффект. Я встретился с Сергием Журавлевым, и мы решили присоединиться к его движению.

В марте 2009 года, я получил грамоту, и указ, где сообщалось, что я теперь священник Православной реформаторской церкви. Для нас это был большой шаг в сторону православия. Мы изучали литургию и читали книги православных авторов. В этот же месяц мы с семьей переехали снова в Баяндай, теперь у нас были группы в Красноярске и Улан-Удэ. Я надел рясу и православный иерейский крест, и таким образом проповедовал о Христе.

Наша община начала изучать православное учение о греховных страстях, и нас это потрясло, мы обнаружили просто океан, огромную глубину, место, где можно расти духовно и освящаться. Мы сами, и большинство наших друзей протестантов заметили как-то, что по прошествии 5-7-ми лет после уверования, мы перестали освящаться, наступил какой-то потолок. Считали, что мы уже в общем святы и зрелы, теперь просто нужно работать для Бога, поэтому я в своих проповедях делал акцент на посвящении, а не на святости. На самом же деле грехи остались, но они как-то обкатались, как камушки в реке, стали гладкими и удобными для нас. Изучая страсти, мы сильно самобличались этим новым знанием, понимая, что мы очень грешные, а вовсе не святые. Православие открыло для нашей общины широкий простор работы и изменения своих характеров в образ Божий. Оно дало нам те инструменты, которые мы все долго искали. Богословский диспут был бы хорошим методом выяснения многих белых пятен между протестантами и православными. Мы старались быть ближе к Православию, но все же многие моменты мы понимали так, как учил «архиепископ» Сергий Журавлев.

ДОМОЙ
или ХОРОШО БЫТЬ ЧЕСТНЫМ

Однажды во время чтения проповеди митрополита Антония Сурожского пришли на ум слова Христа из Евангелия: «или признайте дерево хорошим и плоды его хорошими, или признайте дерево плохим и плоды его плохими».

Действительно, я восхищался духовным опытом этих православных, при этом отвергал то, во что они верили. Эти слова несколько дней звучали у меня в ушах. Через месяц я присутствовал на молебне святителю Николаю Чудотворцу и был удивлен его Христоцентричностью (самого молебна). Ведь я-то ожидал, что будет поклонение человеку вместо Бога, как нас раньше учили в собрании протестантов. После этого я решил, наконец, прочитать, что говорят сами православные об иконах. Это был шок! Оказывается, иконам никто и никогда не поклоняется, как Богу! Вообще надо отметить, что в Православии культивируется особое уважение ко всему. Люди, встречаясь между собой, кланяются, говорят не «Передай привет», а «Передай поклон». Я не знал, что люди почитают то, что изображено на иконе, первообраз. У меня возникло чувство, что меня «кинули», просто обманули. Изучая другие разногласия с протестантизмом, я начал все больше понимать то, что Православие право! До меня дошло, что тысячи и тысячи умнейших и духовных людей в течение 2000 лет наполняли Православие, и все те вопросы, которые, как мы наивно полагали, поставят православных в тупик, давно уже заданы и имеют ответы. Протестанты живут мифами о Православии, и им нужно узнать истину. Этот момент стал для меня переломным, я понял, что больше не могу быть ни протестантом, ни тем более – обновленцем. Я поехал в храм в Усть-Орду и встретился там с настоятелем, который меня встретил очень любезно, накормил обедом, и мы с удовольствием поговорили. После этого мы познакомились еще с благочинным той территории, где мы живем. Этот священник также оказался очень светлой личностью. Они разительно отличались от протестантских пасторов, распираемых гордостью, отличались смирением, добротой, от них веяло чем-то настоящим.

Они не прикидывались святыми и супердуховными, и в тоже время давали нам все необходимое для наших первых шагов в Православии. К сожалению, возникает такое чувство, что бесы специально пытаются скрыть Православие от протестантов. Не надо бояться священников, нужно подходить к ним и разговаривать.

Таким вот удивительным образом, постепенно я, моя семья и, в конечном итоге, наша община в посёлке Баяндай, а также некоторые братья и сестры в Улан-Удэ и Красноярске тоже перешли в Православие. Хотя мы перешли общиной, но у каждого был все же свой путь. Признаюсь, что нам не было легко, но и сейчас, и дальше мы будем учиться и следовать за Господом по православному тысячелетнему пути. Но главное то, что пришла полнота, как будто 18 лет я искал и не находил, пил и не мог утолить жажду, ел и не мог насытиться, а сейчас наконец-то Бог Сам привел меня к Себе домой.

21 февраля 2010 года, в день Торжества Православия, в селе Баяндай была освящена часовня в честь Михаила Архангела. Мы плыли по реке протестантизма, и вдруг горизонт расширился и впереди открылся безграничный океан Православия. Все, кто ищет истину, обязательно ее найдут, главное, быть честным с собой и не бояться людей, а бояться только Бога.

[Георг]

Протоиерей Петр Андриевский _ Возможно ли возвращение в Церковь еретических сообществ?

Продолжающиеся уже несколько десятков лет богословские собеседования с католиками, англиканами, монофизитами и прочими еретиками имеют основанием своим и целью именно возвращение еретиков в лоно Церкви. Достижения этих «диалогов» невелики. Однако не правы те, кто обвиняет Русскую Православную Церковь, участвующую, как это ни печально, в экуменическом движении, в безблагодатности, кто внушает православным людям мысль о невозможности спасения в Церкви, члены которой участвуют в экуменическом движении, побуждая тем самым к отделению от нее. Хотя следует признать, что участие представителей нашей Церкви на экуменических сборищах вызывает немалое смущение и соблазн у православных верующих.

Экуменизм или экуменическое движение не является учением, чтобы ему быть истинным или ложным; это движение может быть только вредным, и не более того.

Участвовать в этом движении или устраниться от него — решать епископату Церкви, которому Христос вверил управление Церковью. Известно, что некоторые Православные Церкви вышли из Всемирного Совета Церквей. Причина выхода — бесполезность богословских диалогов с еретиками. Однако, прекратив свое участие в экуменическом движении, эти Церкви не прервали евхаристическое общение с теми Православными Церквами, которые в движении этом остались. Блаженной памяти Патриарх Иерусалимский Диодор, бывший в свое время одним из столпов Православия, в своем заявлении о выходе Иерусалимской Церкви из экуменического движения не бросил даже тени сомнения на возможность участия других Православных Церквей в экуменическом движении. Патриарх Диодор указал только на невозможность Иерусалимской Церкви участвовать в движении, поскольку, кроме бесполезности продолжения богословских диалогов, эти диалоги были вредны для иерусалимской паствы, ибо «заблудшие братья» использовали их как ширму для прозелитизма на иерусалимской земле.

Богословские диалоги с еретиками нисколько не лишают благодати Церковь — этот столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15). Нам же, очевидно, важно знать, что требуется от того или иного еретического сообщества, чтобы Церковь могла принять его в евхаристическое общение. К сожалению, на этот счет у некоторых православных христиан имеются ложные мнения. В качестве примера можно привести такое мнение, высказанное когда-то на собрании в одной из епархий нашей Церкви. На собрании наряду с православными священнослужителями и мирянами присутствовали также и католики. И здесь со стороны православных участников собрания были выдвинуты те условия, принятие которых необходимо, по их мнению, для евхаристического общения с католиками: «Если они хотят воссоединения, мы — пожалуйста! С распростертыми руками их принимаем: примите все наши догматы — и все! Но они почему-то постоянно отстраняют эти догматы… Нельзя совместить кафоличество и католичество, не устранив догматические препятствия. Если они согласны с нами слиться, пускай примут правую веру».

Очевидно, что это условие необходимое, но не достаточное.

Мнение, что с еретиками нас разъединяет только вероучение, только догматы, весьма распространено, особенно у иных «ревнителей не по разуму». Может быть распространению этого заблуждения способствуют сами богословские диалоги, наименование их богословскими. У некоторых христиан могло сложиться мнение, что разъединяет еретиков с нами именно богословие, что если еретики примут правые догматы, то мы их можем принять уже с распростертыми объятиями, можем слиться с ними. Но это не так. Нас разъединяют не только догматы.

Представим себе, что какое-либо еретическое сообщество, к примеру, католическое, объявляет об отказе от своих ложных догматов. Как будто бы тогда должны исчезнуть все препятствия для принятия католиков в Церковь. И вот здесь Православие подстерегает самая большая опасность. Ведь современный католицизм — это не тот католицизм, который в 1054 году откололся от Православия. За тысячу лет своего бытия вне Церкви Христовой, вне просвещающей благодати Божией человеческими мудрованиями и бесовскими внушениями католицизм совершенно исказил в себе христианские начала. Что даст формальный отказ от ложных догматов, если эти догматы живут в сочинениях католических богословов, причисленных католической церковью к лику святых? Если этими догматами руководились в своей жизни тысячи католических «святых», что наложило, в частности, неизгладимый отпечаток на католическую мистику? Вместе с современными католиками, тоже, впрочем, обремененными еретическими заблуждениями, в Православную Церковь невидимо войдет гвардия Ватикана: Фома Аквинский, Игнатий Лойола, Франциск Ассизский, великая и малая Терезы, Фома Кемпийский, Николай Креста и другие. Войдут те, о которых писал святитель Игнатий Брянчанинов своему духовному чаду: «Не играйте вашим спасением, не играйте. Иначе будете вечно плакать! Займитесь чтением Нового Завета и Святых Отцов Православной Церкви, но отнюдь не Терезы, не Франциска и прочих западных сумасшедших, которых их еретическая “церковь” выдает за святых» (Собрание писем. М., 1995. С. 396). Православным «святым» вдруг станет известный своей жестокостью к православным исповедникам Иоасаф Кунцевич. В 1623 году Иоасаф Кунцевич приказал раскапывать могилы православных и бросать их останки псам. Последним злодеянием Кунцевича был приказ убить православного священника, не пожелавшего отречься от своей веры.

Соединившись с католиками, прельстившись их формальным отказом от ложных догматов, православные окажутся в роли древних троянцев, втащивших в свой огражденный от внешнего неприятеля город коня с находящимися внутри вражескими воинами. Православные, так же, как и троянцы, могут чувствовать себя даже победителями. Еще бы! Католики принимают наши догматы! Но, втащив коня в свой город, троянцы уже не были в безопасности. Если православные примут в евхаристическое общение католиков вместе с их накопленным за тысячелетие «достоянием», то есть с преданием католической церкви: «житиями» и сочинениями лжесвятых, решениями лжевселенских соборов, папскими энцикликами, с искаженной мистикой латинских «святых», находившихся в прелести, то в одночасье распространившиеся среди православных эти «жития», эта мистика и эти сочинения разрушат Православие. Нельзя думать, что, соединившись с католиками, объединив Предание Церкви с католическим преданием, Православие окажет благотворное влияния на весь католицизм, который со временем откажется от всего ложного. Как справедливо пишет диакон Алексий Бекорюков, «можно ли с легкостью отказаться от той молитвенной практики, тех методов духовной жизни и аскезы, которые были накоплены в течение многих веков, несколькими десятками поколений? Это — внутреннее и, если угодно, уже ставшее врожденным, потому-то и оставить его, сменить раз и навсегда, внезапно начать жить по-другому – дело немыслимое и невозможное» (Благодатный Огонь. 2001. № 7. С. 30).

Если православные с распростертыми объятиями примут католиков вместе с их ложным преданием, то католицизм прирастет Православием, но не наоборот. Нельзя соединить творения свят. Григория Паламы, преп. Симеона Нового Богослова, свят. Игнатия Брянчанинова с сочинениями Фомы Аквинского, Франциска Ассизского, Терезы Авильской, нельзя соединить истину с ложью. Из логики известно, что даже одно ложное суждение, вкравшееся в ход рассуждения, делает ложным окончательный вывод. Католики, обремененные тысячелетней ложной традицией, не станут вдруг православными, а вот Православию вместе с воссоединенной католической гвардией Ватикана, вошедшей в ограду Церкви, будет нанесен огромный урон.

В отношении еретических сообществ речь вообще не может вестись о соединении с ними, а только о принятии их в лоно Церкви. И это принятие может распространяться только на еретиков, которые будут жить на земле во время возвращения их в лоно Церкви, а вовсе не на тех, которые умерли вне Церкви: не может распространяться на ранее канонизированных католических и прочих лжесвятых.

Апостол Павел пишет в отношении Израиля: хотя бы сыны Израиля были числом, как песок морской, только остаток спасется (Рим. 9, 27). Остаток, который примет Христа и войдет в спасительную ограду Православной Церкви. Все иудеи, которые умерли вне Церкви, не входят в этот спасительный остаток. Также и в отношении еретических сообществ речь может вестись только об остатке, а вовсе не о тех, которые умерли, враждуя против Церкви. Пониманием этого должны проникнуться православные экуменисты, ведущие богословские диалоги с еретиками. Они должны донести до участников диалогов со стороны тех или иных еретических сообществ, что войти в спасительную ограду Церкви они могут только при условии совершенного оставления ими всего «церковного» предания, накопленного у них за время бытия вне Церкви. Это касается не только католиков, монофизитов, но и всех протестантских новообразований, у каждого из которых имеется свое предание. Даже сектанты руководствуются в своей духовной жизни вовсе не одной Библией, но «Руководством к Библии», книгами, написанными основателями сект, видными проповедниками. И почитают сектанты своих отшедших в мир иной лидеров никак не меньше, чем православные — Отцов Церкви.

Возможно ли возвращение еретических сообществ в Церковь? Через богословские диалоги — нет. Остаток Израиля, как известно, будет обращен к Церкви сошедшими с неба пророками Енохом и Илией, то есть сверхъестественным образом.

Обратить к истине целые еретические сообщества через диалоги— дело невозможное. Вспомним, с каким энтузиазмом отправились православные греки на Собор в Италию в 1437 году. Тогда даже самому св. Марку Ефесскому казалось, что если католикам привести ясные и недвусмысленные слова Отцов Церкви по спорным вопросам — они оставят свои ложные догматы. Однако св. Марка ожидало горькое разочарование: латиняне нисколько не поколебались словами истины и остались при всех своих заблуждениях. Через богословские диалоги возможно возращение в Церковь не целых еретических сообществ, а только отдельных их членов. Такое случается в действительности, когда под действием просвещающей благодати Божией отдельные члены еретических сообществ оставляют заблуждения и всецело принимают Православие. Но чтобы через богословские диалоги целые еретические сообщества, например, католичество, монофизитство, оставив все свои заблуждения, возвратились в лоно Церкви, — совершенно невозможно.

Через богословские диалоги еретические сообщества если и войдут в Церковь, то только со всеми своими заблуждениями или оставив их частично. Войдут для того, чтобы поразить этими заблуждениями всю Церковь, разрушить ее изнутри. Вспомним случай с так называемым Шамбезийским соглашением 1982 года, документом, подписанным православными и монофизитскими экуменистами. В нем монофизитство, почтительно именуемое «Древними Восточными Церквами» (несторианство, кстати, еще древнее и тоже имеет восточное происхождение), не оставило ни одного из своих заблуждений, в то же время православным предлагалось пересмотреть решения IV и последующих Вселенских Соборов и снять с монофизитских ересиархов анафемы, которыми Отцы Соборов поразили их. Понятно, что такое предложение не могло найти в православном мире никакого сочувствия. Предложение снять анафемы с ересиархов является главным препятствием для вхождения монофизитских еретических сообществ в Церковь со своими заблуждениями.

Большей перспективой обладает проект объединения православных с католиками, который сейчас, в XXI веке, становится составной частью процесса глобализации и поощряется, в частности, властями США, считающими себя хозяевами всего мира.

Формально католические лжесвятые, в отличие от монофизитских, не преданы анафеме Вселенскими Соборами, поскольку жили гораздо позднее. Хотя от этого католики не перестают оставаться еретиками. Современные филокатолики и обновленцы любят подчеркивать, что раз ни один Вселенский Собор не осудил католиков как еретиков, то ни о какой ереси и речи быть не может. Следует напомнить таким горе-богословам, что далеко не все ереси, которые существовали до I Вселенского Собора, впоследствии были преданы анафеме Вселенскими Соборами. Однако от этого они и доныне не перестают оставаться ересями (манихейство, докетизм, монтанизм, саввелианство, антитринитарии, евиониты, маркиониты и многие другие).

При объединении с католиками от православных может не потребоваться никаких жертв, напротив, отказ от ложных догматов может быть со стороны католиков. Так что троянский вариант, когда католики, формально отказавшись от некоторых или даже всех своих ложных догматов, войдут в Церковь со всем своим ложным преданием и лжесвятыми, вполне реален. Впрочем, католикам не нужно даже отказываться от всех своих ложных догматов. Достаточно отказаться только от «филиокве» и папской непогрешимости, к чему Ватикан, ради своих прозелитических проектов, может быть готов, и православные экуменисты раструбят об этом как о величайшем акте любви и примирения. Увы, для многих православных христиан, привыкших считать, что разделяют нас с католиками только догматы, тогда будет казаться, что тем самым устранены все препятствия для евхаристического общения. Тогда автоматически признанные в качестве «православных святых» Франциски, Терезы и им же несть числа слуги Ватикана окажут свое губительное воздействие на души православных христиан. Чтобы этого не случилось, православным христианам уже сейчас следует осознать, что нас с еретиками разделяют не только догматы, но и все их ложное предание, накопленное ими за многие столетия бытия вне Церкви Христовой.

[Георг]

еп. Манхеттенский (РПЦЗ) Иероним (Шо) _ о единстве Православия и о его выборе веры

Ваши Преосвященства, богомудрые Архипастыри и Владыки!

Апостол Павел пишет: "Аще кто епископства желает, добра дела желает" (1 Тим. 3,1). Но в наше время большей частью избираются те, кто не хотели, или даже не мыслили быть архиереями. Это нежелание объясняется трудностями и ответственностью сего служения. А если кто-либо сам стремится стать епископом, то может из-за этого стремления оказаться в расколе, или иным образом принести не пользу, а вред Церкви.

Архиерейское служение можно сравнить с горней дорогой, с которой можно упасть, с одной стороны, в духовную гордость и самомнение, а с другой, в нерешимость и боязливость, этим подвергая пасомых произволу и злоупотреблению властолюбивых.

Архиерею нельзя ни уповать на себя, ни чувствовать себя одиноким.

Надлежит нам памятовать и другие слова Апостола: "Ибо и Христос не себе угоди... Бог же терпения и утешения, да даст вам тожде мудрствовати, о Христе Иисусе: да единодушно, едиными усты, славите Бога" (Рим. 15: 3, 5), и также, "Христос есть мир наш, сотворивый обоя едино" (Ефес. 2:14).

Церковь Христова объединяет падшее человечество с Господом Богом, а епископ – служитель этого святого единения и единства.

Как я рассматриваю архиерейское служение?

Господь Бог наш Иисус Христос установил на земле свою Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь: "Созижду Церковь мою, и врата адова не одолеют ей" (Матф. 16:18), и дал ей Своих Апостолов, для сохранения ЕДИНСТВА верующих.

Пока Христос находился на земле, не могло быть ни раскола, ни ереси: ибо всем видно было, кто со Христом, и кто против Него. Но с Вознесением Господа на небо, разногласия, разделения и лжеучения стали возможными среди христиан.

Святитель Игнатий Богоносец пишет, что епископ должен быть, как образ Иисуса Христа, центром единства в Церкви. Много всякого рода расколов и разделений раздирали хитон Церкви, но благодаря апостольскому и святоотеческому преданию, мы обладаем тайной понимания Церкви, как Тела Христова. Благодаря евхаристическому единству всех православных, миру проповедуется Христова Истина о спасении человечесва от греха.

Сохранение единства Церкви значит, в первую очередь, что мы пребываем в таинственном Теле Господа нашего Иисуса Христа. Мы питаемся от Единой Чаши Тела и Крови Господних, и Тело Христово всегда имеет полное общение между собственными членами. Как Тело Христово – едино на земли и на небе, так и вся полнота Церкви всегда в Ней присутствует. Поэтому, единство Церкви включает единое учение, преданное Христом святым Апостоам в целости, без изменений и прибавлений, единение веры и причастие Святого Духа.

Церковь всегда пребывает в своей полноте: все православные христиане всего мира и всех веков, находятся вместе с нами, когда мы молимся, когда мы причащаемся: все Святые, все наши предки, все наши близкие. В своей полноте пребывает с нами не только Церковь Российская, но и все Поместные Церкви различных стран и всех православных народов.

Нет, поэтому, ни закрытых храмов, ни упраздненных монастырей, потому что Господь Бог, в Котором пребывают их прежние насельники и прихожане, как члены Его Церкви, находится вне времени, и они всегда Ему принадлежат. Нельзя, поэтому, считать, что какая нибудь часть Церкви уже перестала существовать. Например, Армянская Церковь святителя Григория Просветителя всегда будет существовать на небе, несмотря на ее положение на земле.

Земная Римская Церковь отделилась от Православия, но небесная Православная Церковь Римская всегда булет существовать, и святитель Григорий Двоеслов и остальные западные, православные святые, всегда с нами в Церкви.

Земные Армянская и Римская Церкви, отпали от единства Православия, и лишены сейчас молитвенного общения с нами: но армянские и римские Святые, находясь в Царствии Божием на небе, вечно представляют собою духовный фундамент, на котором эти Церкви могут быть восстановлены. Эту правду, с особой духовной ясностью, видел святитель Иоанн (Максимович), который восстанавливал Западное Православие, и сам он незримо пребывает с нами, и его миссия живет.

Иными словами: быть православным, значит быть в единстве со всей Православной Церковью, и воспринимать все Ее наследие.

"Замуровать себя от ереси" нельзя: но мы должны, во что бы то ни стало, оставаться в ограде Святой Церкви.

Я вижу главную цель своего предстоящего служения в работе по укреплению церковного единства. Размышления о церковном единстве еще в юношеском возрасте привели меня к истинной Церкви.

Мои родители и предки были анлийского происхождения, а я был воспитан в Англиканской Церкви. Но стоит только интересующемуся постараться узнать: откуда произошло Англиканство, когда началось протестантство, и он сможет убедиться, что Англиканство отделилось от Рима, Рим же в свою очередь от Православия, и только Православная Церковь пребывает в духовном единстве с Церковью Христа и Апотсолов.

С момента обращения я искал спасения души, и такие наставники, как приснопамятные наши архиереи: архиепископы Никон (Рклицкий), Аверкий (Таушев), Серафим (Иванов) и ныне здравствующие епископ Ирийский Даниил и Архиепископ Чикагский и Средне-Американский Алипий, а также наш зарубежный святой архиепископ Иоанн (Максимович), оказали на меня большое влияние, и к ним я питаю чувства сыновней любви и благодарности.

Кроме них, необходимо упомянуть еще и приснопамятных архимандритов Киприана, Владимира и Феофана, протодиакона Виктора Лохматова, который меня всегда поддерживал, а затем и Свято-Троицкий приход в Мильвоки, где я почти 18 лет служил, раба Божия Феодора Римского, который еще в детстве мне посоветовал ходить именно в Русскую Зарубежную Церковь, и многих других. В Святой и Единой Церкви, мы, живые, всегда едины и с усопшими нашими наставниками, сродниками и близкими, со святыми Апостолами и Ангелами.

Так как в истинной Церкви все Ее члены имеют общение сежду собой, то возвращаясь в 17-летнем возрасте к Православию, я почувствовал, что возвращаюсь в Церковь моих же собственных английских, ирландских и шотландских предков, так как они до отпадения запада от Православия состояли в этой же Православной Церкви. Верю, что здесь с нами присутствуют все те, живые и покойные, которые мне в детстве и юношестве указывали путь истины, которые были моими руководителями.

Все мы должны молиться друг за друга, чтобы наш земной подвиг принес богатые и святые плоды на ниве святой Христовой Православной Церкви, во славу Господа Бога нашего Иисуса Христа и во славу святой Руси, которая на небесах всегда пребывает, и в которой мы духовно живем: чтобы не упасть с узкой дороги, ведущей в горний мир.

Посему, я прошу богомудрых наших архипастырей и всех зде с нами молящихся, молиться обо мне грешном: чтобы не падая в уныние при горестях и разочарованиях в церковной жизни, я понес с честью и достоинством труды архиерейского служения в нашей Русской Православной Церкви. Аминь.

[Максим75]

Известный католический богослов принял православие


Москва. 30 августа. ИНТЕРФАКС - Известный швейцарский богослов иеромонах Габриэль (Бунге) перешел из католичества в православие.

27 августа, накануне праздника Успения, он принял участие в богослужении, которое глава Отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион совершил в храме в честь иконы Божьей Матери "Всех скорбящих Радость" на Большой Ордынке.

Отец Габриэль более 30 лет ведет жизнь монаха-затворника в горах Швейцарии. Принятие им православия состоялось до начала службы в московском храме.

"Вы были католиком, но в душе были православным. Сегодня перед всенощным бдением Вы перешли в православие, что стало естественным ", - сказал митрополит Иларион, отметив, что принятие отцом Габриэлем православной веры является "завершением очень долгого духовного пути", сообщает сайт ОВЦС.

Владыка подарил ему икону Богородицы "Всех скорбящих Радость".

Иерарху сослужил также митрополит Диоклийский Каллист (Константинопольский патриархат), который более 40 лет преподает в Оксфорде. Митрополит Иларион 15 лет назад учился у него: владыка был его научным руководителем.

Митрополит Каллист заявил, что в Константинопольском патриархате высоко ценят богословские труды отца Габриэля, и выразил надежду на то, что "крест православного христианина, который он возложил на себя, не окажется для него чрезмерно тяжелым".

[м. Фотина]

http://portal-credo.ru/site/?act=news&id=79386&cf=