Трудные вопросы воспитания детей ⇐ Воспитание детей

[Марфа]

Это нормально. Теперь главное - так командовать, чтобы он не просекал, что им командуют. Ну, в общем, решения принимает он сам. Мужик.

[Угадайка]

Мужик блин. Доводит меня иногда до бешенства.

[Марфа]

Ну а иначе как мужиком-то стать? Не под маминой же юбкой всю жизнь сидеть. Нормально.
Главное не потерять в этот период с ним контакт. Помягче, помягче.

[черничка]

Марфа,

еще вспомнила вот такой момент - когда с сыном не получается найти золотую серединку, и он не внимает моим доводам, то я переадресовываю ответ ему, направляя.... например: он в чем то уперся и никакие мои доводы не хочет слышать. Тогда говорю так: *Сын, посуди сам - вот ты поступил так-то и так-то, это привело к такому-то результату (например, отрицательному) и как теперь выйти из этого положения? ну вот сам подумай? что ты предлагаешь? и т.д.
Но - это конечно все очень индивидуально. Мой через 15-20 минут логической цепочки таки соглашался, что был не прав.... и что надо сделать так-то, ну, на будущее.... не всегда, конечно! но в другой раз старался уже сам рассуждать таким образом... по этой схеме... все таки взрослеют они...
Прощу прощения, что невнятно изложила мысль.... голова болит

[Угадайка]

черничка, а сколько лет сыну?

[черничка]

Угадайка, в 13 году исполнилось 15

[Марфа]

У нас проблем острых не было, как-то удалось этот возраст более-менее спокойно пережить. Но обратная сторона медали - замедленный вылет в самостоятельность. Но армия нам в помощь.

[Kolechko]

замедленный вылет в самостоятельность.

О, я такая же. У меня не было переходного возраста, стычек с родителями, но самостоятельной я стала не так давно, наверно, после рождения второго ребенка. После первых родов действовала строго по инструкции из роддома и ждала чуть ли не отмашки педиатра на использование той или иной дет.одежды. Но у меня совсем тяжелая ситуация, я в 17лет не соглашалась на экстренную операцию, потому что надо было у мамы разрешение спросить. Мамки, не давите детей авторитетом, им потом в мире жить.

[Агидель]

Из книги Эда Ле Шан «Когда ваш ребенок сводит вас с ума»

ПОЧЕМУ ДЕТИ СВОДЯТ НАС С УМА

Мне кажется, я знаю, почему дети часто сводят нас с ума. И сейчас мне кажется, я знаю, как справиться с этим, особым видом сумасшествия. Чтобы успешно воспитывать детей, надо знать и уметь не так уж много. Вся хитрость в том, чтобы эти знания и умения включали в себя наиболее серьезные и смелые требования, которые мы когда-либо предъявляем к себе. Тем не менее, представляется более практичным и разумным научиться придерживаться нескольких фундаментальных принципов, чем ощущать, что вы должны блуждать, часто в растерянности и в одиночестве, в том океане советов специалистов, в который оказались погруженными слишком многие родители.

Все мы склонны искать простые ответы на сложные вопросы, порой забывая, что в природе нет ничего более сложного, более загадочного, чем человек. Мы ищем какого-то особого учителя, который скажет нам, как справиться с вспышками гнева, ищем ту страницу в книге, в которой будут даны рецепты, как избавиться от кусания ногтей, заикания, мокрой постели и сотен других моментов, которые сводят нас с ума. Когда мы сталкиваемся с подростками, которые выглядят неподдельно несчастными, изводящими себя и раздражающими нас, мы с жадностью хватаемся за самую нелепую - но замечательно простую - идею, считая, что, вышвырнув их из дома, мы решим наши острые проблемы. В страхе и отчаянии мы начинаем думать, что правы те, кто считает, что причина всех бед сегодняшних детей в том, что их мало лупили. В эру супертехнологий, когда все мы заворожены миром компьютеров, становится трудно смириться с фактом, что в воспитании детей нет абсолютов, нет легких ответов, нет методов, которые могут гарантировать успех во всех случаях.

Однако существуют установки, которые могут составить, и действительно составляют, альтернативу; существуют дети, которые могут иногда раздражать своих родителей и часто утомлять их, но никогда не сводят их с ума. Одна из моих основных жизненных целей - увеличить число подобных семей!

Прежде всего нам надо рассмотреть те случаи, когда дети сводят нас с ума. Это часто происходит, когда дети совершают такие поступки, которые родители не позволяли нам делать в детстве. Когда моей дочери было около двух с половиной лет, муж велел ей надеть пижаму. Мы сидели за обеденным столом, и она сказала: "Не буду, старый осел!" Муж был психологом, доктором наук, он изучал психологию развития и знал, что имеет дело с нормальным феноменом двух лет. Но и для него этот поступок был настолько неожиданным, что, когда он тянулся за чашкой кофе, рука его дрожала. Он побледнел и сказал: "Сейчас меня стошнит". Когда мы попытались объяснить его реакцию, он добавил: "Я уверен, что, если бы я когда-нибудь сказал это своим родителям, меня, наверное, разразил бы гром".
Родители, с которыми я работала на протяжении этих 40 лет, были самыми смелыми людьми из тех, кого я когда-либо знала. Из-за стремительных перемен в общем стиле жизни и лучшего понимания потребностей детей мы стали часто превращаться в родителей, которые воспитывают своих детей иначе, чем были воспитаны сами. Мы стараемся не повторять того, что оставило неизгладимый след в нашей памяти и оказало влияние на наш характер.

Поскольку меня стали приучать к горшку с шести месяцев, я впадала в панику от того, что мне приходилось менять пеленки дочери, когда ей было почти три года. Если нам в детстве не разрешалось проявлять ревность или соперничество к брату или сестре, то мы считаем недопустимым позволять собственным детям выражать враждебность друг к другу, даже если дюжина специалистов уверяют нас, что это нормально. Прежде всего нас сводят с ума дети, которые не так задавлены и закрепощены.

Второй вид поведения, с которым мы не можем спокойно мириться, начинается тогда, когда наши дети отказываются делать то, что мы безотказно выполняли, когда были детьми. Они не хотят поцеловать тетушку Хэтти с бородавкой на носу, которую и мы боялись в детстве, однако не противились тому, что от нас требовали. Они не едят овощи, которыми мы давились, но ели, когда были детьми. Они спрашивают нас, почему нужно мыться каждый вечер - нам даже в голову не приходило задавать такой вопрос. Они хотят знать о противозачаточных средствах в том возрасте, когда нам даже еще и не объясняли, в чем разница между мужчиной и женщиной. Иногда мы сходим от них с ума, потому что завидуем тому, что у них нет комплексов, а объем информации гораздо больше того, какой был у нас в их годы.

Нередко мы выходим из себя потому, что нам кажется, что наши дети ведут себя иррационально: не можем понять многие их поступки, объяснить, почему они делают многое так, а не иначе. На самом же деле мы понимаем это, но, стараясь показать свою умудренность и жизненный опыт, подавляем в себе свое понимание того, что чувствует ребенок в той или иной ситуации, и это как раз и является источником нашего раздражения, утомления и, наконец, нашего гнева по поводу поведения наших детей. Когда они ведут себя так, что действительно расстраивают нас, они стараются заставить нас вспомнить, хотя бы и бессознательно, как мы сами себя чувствовали в далеком детстве, и воспоминания эти слишком мучительны

…Четырехлетняя Линда боялась темноты; она хотела, чтобы ночник не только горел в спальне, но и не гасился в холле и в ванной. Но даже и в этом случае она плакала, если никто не оставался с ней до того, как она уснет. Отец сердился, что мать потакала всем этим требованиям. Страхи дочери раздражали его - он с трудом сдерживался, чтобы не отшлепать ее. Чувство ярости вступало у него в конфликт с не менее сильным чувством непонимания, почему он так расстраивается. Возможно, нормальные для четырехлетнего ребенка страхи напомнили ему то, что ему было тяжело вспоминать… Для того чтобы добиться любви и одобрения отца в детские годы, он подавлял свои ночные страхи. Отец говорил ему: "Мальчики не плачут и не пугаются по пустякам". Он лежал в постели, затаив страх. Для него было куда важнее, чтобы отец погладил его по голове, чем тот страх, от которого он боялся закричать.
И вот теперь четырехлетняя дочь напомнила об этих надежно забытых днях, и его реакция означала, что он не хочет вспоминать минуты слабости своего детства. Мы не хотим, чтобы нам напоминали о том, что однажды мы повели себя не лучшим образом. Мы не хотим вспоминать о том, что чуть не сошли с ума от усталости, о том, как ударили маленького ребенка, о том времени, когда мы играли со спичками, о том, как украли несколько монет из маминого кошелька. То, о чем мы не хотим вспоминать, выливается в наш вопрос детям: "Почему ты так поступаешь? Я не могу тебя понять".

Родители редко говорят детям: "Ты не плохой, ты просто маленький". Детям неоткуда узнать, в чем причина того, что они не слушают запреты взрослых или делают то, что им не разрешают. Дело в том, что они просто не могут справиться с собой, и все, что они совершают и чувствуют, вполне естественно для ребенка, но не всегда понятно взрослому. И если никто с ними не говорит об этом, не разъясняет, что такое хорошо, а что такое плохо, не зная причин недовольства, они думают, что они плохие дети. Нормальные чувства подавляются, и порождается жизнь, полная чувства вины, затаенных страхов и враждебности.

Что нужно детям более всего, так это любовь, и никакая цена не будет слишком высокой, чтобы заплатить за нее. Первый шаг, который вы должны сделать, чтобы справиться со своим раздражением,- это спросить себя: чем вам пришлось заплатить за любовь, когда вы были ребенком? Отказывались ли вы от желания поиграть в бейсбол, потому что родители говорили, что хорошие маленькие девочки не играют в грубые и грязные игры? Приходилось ли вам подавить страстное желание брать уроки танцев, потому что отец сказал, что танцуют только маменькины сынки? Притворялись ли вы, что без ума от новорожденного, чтобы заслужить хоть какое-то внимание и одобрение? Испытали ли вы облегчение, когда вас отшлепали за то, что вы бросили игрушку в окно, потому что были уверены, что вы плохой и вас обязательно надо наказать? Осмелитесь ли вы вспомнить тот случай, когда бабушка вымыла вам рот с мылом за грязные слова?
Большинство неврозов, которые мы приносим с собой во взрослую жизнь, являются прямым результатом подавления нормальных чувств в детстве во имя получения одобрения и любви. В глубине души мы чувствуем себя крайне порочными существами, не заслуживающими ничьей любви. Когда наши дети ведут себя в точности так же, как мы вели себя в их возрасте,- это сводит нас с ума

Наконец, дети сводят нас с ума, когда они хотят, чтобы о них заботились так, как о нас никогда не заботились. Это наиболее серьезный вариант сумасшествия. Родители, не испытавшие любви в детстве, какими бы хорошими они ни старались быть, приходят в ярость, когда ребенок молит о любви. Почти невозможно стать заботливым человеком тому, кто в детстве никогда не испытывал заботы.
В штате Вашингтон есть суд, который "приговаривает" родителей, плохо обращающихся со своими детьми, к тому, чтобы они вместе с ними посещали специальную школу. Происходит следующее: родители могут наблюдать положительные примеры учителей и те методы, которыми те пользуются при общении с детьми. Родителям помогают понять потребности их детей, учат разумным методам приучения ребенка к дисциплине. Но, что еще важнее, родители сами получают то благожелательное внимание, какого никогда не получали раньше; к ним относятся с пониманием и сочувствием, зачастую впервые в жизни. Родители страшатся, когда пытаются проявить любовь, если сами они не были нежно любимы в детстве.
Если таковы причины большинства проблем, возникающих у родителей, то что можно сделать, чтобы изменить положение? Самое первое, чему они должны научиться, самое, может быть, важное умение - это умение вспомнить собственное детство. Если мы сможем восстановить боль наших собственных тревог и обид, смущение, слишком дорогой ценой купленную любовь в далекие детские годы,- скорее всего, тогда мы не будем испытывать тревогу за поведение своих детей.

Вы, вероятно, слышали выражение: "Ты должен почувствовать на время себя ребенком". Ребенок, которым был каждый из нас, не исчезает, когда мы вырастаем. Все, что мы чувствовали, будучи детьми, еще внутри нас - где-то там глубоко, и чем больше мы стараемся осознать наши воспоминания, тем меньше они будут управлять нами. Это не только хорошо для наших детей - это потрясающе и для нас самих. Что нам нужно, так это попытаться ощутить те ложные представления, которые нам навязывали: что мы плохие, что мы не оправдываем ожиданий родителей или разочаровываем их. Эти доводы несут внутри себя семя саморазрушения. Мы несем их с собой, потому что очень мучительно вспоминать все это, или мы чувствуем себя слишком виноватыми, чтобы подумать о том, на чем сосредоточить свое внимание в воспоминаниях.
Существует много способов оживить свои детские ощущения и переживания.
Конечно же, это одна из задач психологического консультирования и психотерапии, и если мы не только обеспокоены нашими чувствами к детям, но и ощущаем себя эмоционально ущербными во многих сферах жизни - тогда лучше выбрать этот путь. Но есть и много других способов вспомнить себя в детстве, например поговорить с братьями и сестрами, с родителями и другими родственниками, расспрашивая их о событиях, которые вы помните смутно, пытаясь найти подтверждение воспоминаниям, которые кажутся сегодня странными, беспокоящими.

Я выбрала занятия психотерапией и по личным и по профессиональным соображениям, но некоторым странным образам я, по-видимому, так и не смогла найти объяснение. В детстве я жила вместе с бабушкой, дедушкой, тетями и дядями, так что я попросила тетю рассказать о моих детских "фантазиях". В одной из них навязчиво являлся образ человека, лежащего в луже крови на цементном полу и накрытого плащом. Другое страшное видение - кто-то в черном пальто прыгает на меня. Выслушав меня, тетя сказала: "Во-первых, к нам приходил мастер починить плиту, он оказался эпилептиком. У него начался припадок, он лежал на цементном полу, и нам пришлось накрыть его плащом. Что касается другого случая, то дядя Эдвард часто пугал нас, выпрыгивая из кладовки". Поскольку я была слишком маленькой, чтобы все понимать правильно, я полагала, что человек на полу пострадал по моей вине,- может, это мои враждебные чувства убили его! Что же до дяди, который меня дразнил, то я считала, что заслужила это своим плохим поведением.
Иногда расшифровать неправильное объяснение поступка, придуманное маленьким ребенком в силу иррациональности мышления, удается, только анализируя прошлое с помощью психотерапевта. Наиболее яркий из известных мне примеров - случай с молодой женщиной, которая никогда не позволяла себе влюбиться, чтобы не оказаться отвергнутой и брошенной. Наконец она вспомнила, как в трехлетнем возрасте мать стояла в длинной очереди, держа ее на руках. Неожиданно она передала девочку женщине, стоявшей за ней, со словами: "Эй, возьмите своего ребенка! Я больше не собираюсь ее держать!" Оказалось, что это была очередь в концлагерь: мать, понимая, что каждого второго отправляют в газовую камеру, этим своим поступком спасла жизнь дочери. Но единственное, что смогла понять из всего происшедшего трехлетняя девочка,- это то, что ее бросили

До тех пор пока родители не будут думать о том, что дети могут неверно истолковывать многие поступки и события, они не смогут избежать серьезных недоразумений в отношениях с детьми. Моя бабушка умерла, когда маме было четыре года. Пытаясь защитить девочку от страданий, ей сказали, что мама уехала, а о ее смерти она узнала годом позже от соседа. К этому времени она была твердо уверена, что ее мама уехала потому, что она была плохой и мама ее не любила. Позже она поняла, что дети обычно обвиняют себя во всех случающихся несчастьях (смерти, разводе, болезни и т. д.). Они часто объясняют все тем, что они плохие и недостойны любви, хотя нет вывода более далекого от истины, чем этот.

В детстве я писала сочинения и вела дневник. К счастью, кое-что из этого сохранилось. Чердаки, сундуки, гаражи, старые архивы помогают восстановить те или иные забытые страницы детства. Отец показал мне письмо, которое в 12 лет я написала ему и маме, когда отказалась идти с ними на семейный ужин. В письме я обещала, что больше не буду так гнусно себя вести. Позже, когда моя мама умерла, я обнаружила письмо, которое она писала своему отцу и мачехе примерно в том же возрасте и обещала исправиться и больше не огорчать их. Мы обе узнали, став взрослыми, что подросткам вполне естественно в какой-то период стремиться к отделению от семьи и что, конечно же, нет ничего ненормального в том, что они иногда теряют самообладание, к сожалению, понимание этого приходит слишком поздно.

В воспоминаниях детства могут также помочь старые альбомы с фотографиями или записи в школьном дневнике. Я помню, что, когда я прочитала в своем старом дневнике запись: "Эде необходимо удвоить свои старания в занятиях математикой и французским",- меня переполнило ощущение неудачи и безнадежности. Я вдруг почувствовала, что мое отставание в этих двух предметах непременно плохо отразится на моей будущей жизни, разрушит мои планы (однако этого не случилось).

Наши родители попадались во многие из тех ловушек, которые подстерегают и нас, мы сможем лучше понять многое, задавая им вопросы об их детстве, трудностях, с которыми они сталкивались. Чем больше моя дочь узнавала о моем детстве, тем больше она могла понять и простить меня в тех случаях, когда я ей что-то не разрешала, в чем-то ограничивала.

Иногда многое может открыть случайное замечание кого-то из родственников. Одна подруга как-то раз рассказала мне, что ее тетя сказала: "Я всегда терпеть не могла твою мать, когда мы были детьми. Она была такая умная, такая красивая, такая хорошая - просто само совершенство. А я была балда балдой!" "И тут я поняла,- сказала моя подруга,- почему моя мать заставляла меня чувствовать, что я никогда не стану такой замечательной, как она. Воспоминания моей тети дали мне ключ к этому маленькому открытию"

[Агидель]

О воспитании мальчиков. Советы психолога.

30 советов психолога: Как вырастить из сына хорошего отца семейства и настоящего мужчину.

1. Все делать для того, чтобы у сына был полноценный отец. Если у женщины никак не получается совместная жизнь с мужчиной, но он не обременен серьезными нравственными пороками и вредными привычками, всецело способствовать интенсивным контактам сына с отцом и его родственниками.

2. Беречь авторитет окружающих мужчин, не подрывать его почем зря пренебрежительными репликами и грубыми окриками, особенно по незначительным поводам.

3. Всячески поощрять общение с истинными мужчинами чести, по-настоящему уважающими себя.

4. С сыном разговаривать по-взрослому, уважительно, исходя из понимания, что перед вами — полноценный человек, только мало проживший.

5. Не отмахиваться досадливо от вопросов, относиться к ним серьезно и по возможности обстоятельно на них отвечать. Исходить из того, что у мальчишек не бывает наивных или преждевременных вопросов, зато бывают некомпетентные, невразумительные, высокомерные ответы со стороны взрослых.

6. Выслушивать сына внимательно, но и не поощрять излишнюю болтливость.

7. Не сюсюкать. Не опекать сына чрезмерно.

8. С каждым годом поручать как можно больше операций по самообслуживанию, а потом и во благо семьи

9. Не пресекать деловую инициативу, даже если это грозит некоторым ущербом (например, разбитой чашкой).

10. Не отгонять мальчика от занимающихся каким-нибудь делом мужчин (отца, дедушки, старшего брата и т.д.), наоборот, по возможности приобщать к простым операциям в домашнем хозяйстве и в работе с техникой.

11. Следить за соблюдением баланса между похвалами и критическими замечаниями.

12. Не охать при виде у сына (внука) царапин, ссадин, ушибов и прочих мелких травм, не ругать за них, а спокойно обработать рану, приговаривая что-нибудь вроде «до свадьбы заживет».

13. С 4–5-летнего возраста отучать спешить к сиденьям в общественном транспорте, наоборот, уступать места женщинам и пожилым пассажирам, в том числе маме.

14. Еще в дошкольном возрасте начинать вводить сына в курс своих дел и проблем, вызывая сочувствие и сопереживание. Вырастет ли из парня хороший отец, можно судить и по тому, какой он сын.

15. Каждый день с младенчества — физзарядка с постепенным усложнением, сначала в квартире, потом по возможности на улице. Освобождать от уроков физкультуры в школе лишь при явной угрозе здоровью. До школы научить плавать, ходить на лыжах, ездить на двухколесном велосипеде, играть в волейбол в кружок или другую игру с мячом.

16. Всецело поощрять правдивость: в случае честного признания в совершенном проступке наказание сводить до минимума или до нуля, приучая к мысли: честность выгоднее обмана.

17. С малых лет культивировать деловитость, жизнь по расписанию; нарушение режима — по уважительным причинам. Учить рассчитывать время с небольшим запасом, чтобы выходить из дома вовремя (настоящий мужчина прибывает в нужное место точно в срок и не опаздывает).

18. Приучать к правилу: не давши слово крепись, а давши — держись. Здесь особенно важен личный пример: все обещания, данные сыну, строго выполнять.

19. Не высмеивать, не оскорблять, не унижать сына; никогда не употреблять эпитеты и реплики типа «идиот», «тупица», «олух», «подонок», «щенок», «глуп еще», «молоко на губах не обсохло» и т.п. Они обладают способностью западать в память на всю жизнь.

20. В то же время прививать терпимость к людям, их поведению, мнениям, особенно к ошибкам, промахам и недостаткам. Сдержанно, но твердо останавливать насмешливое, заносчивое, высокомерное проявление отношения к людям. Снисходительность — очень мужское качество.

21. С 6–7 лет включать в обсуждения общесемейных вопросов (расстановка мебели в квартире, очередность крупных покупок, организация летнего отдыха и т.д.).

22. Как можно раньше начать выявлять деловые и творческие наклонности, но не навязывать свой выбор занятий насильно; не пугаться переключения с одного рода занятий на другой: многие не сразу находят свое призвание.

23. Накупить побольше разнообразных инструментов, простейших механизмов, приспособлений, деталей и материалов для ремонтных работ и поделок, осваивать вместе с сыном все эти инструменты и устройства.

24. Показывать пример умения управлять собой: делаю то, что не хочется, но надо; не делаю того, что хочется, но вредно.

25. Не попрекать походя, по мелочным поводам крышей своего дома, содержанием, едой, одеждой и т.д. Такой разговор может иметь место только в исключительных случаях, должен быть начат серьезным тоном без излишних эмоций.

26. Способствовать активному общению сына со сверстниками, зарекомендовавшими себя с положительной стороны и ничем серьезным себя не скомпрометировавшими. Приветствовать визиты его друзей в дом.

27. Поощрять туристские походы, поездки в спортивно-оздоровительные лагеря, оставлять дома лишь при явных признаках болезни.

28. Приветствовать любую возможность честно заработать, если это не вредит учебе.

29. Начать приучать заботиться о женщинах с малого возраста (за мамой, сестрой и т.д.), например, подавать тапочки, вместе с сыном выбирать подарки женщинам, поощрять изготовление подарков своими руками и пр.

30. Не чинить препятствий, не отговаривать сына в его желании кому-то помочь, что-то подарить, кого-то выручить, вообще уделить внимание какому-нибудь человеку, даже если это потребует чем-то поступиться, пожертвовать своим. Оказать помощь человеку в трудную минуту, подставить плечо — одно из главных мужских качеств.

Конечно, этим списком рекомендаций не исчерпывается программа превращения младенца мужского пола в настоящего мужчину. Даже неукоснительное следование им не даст гарантии, что в итоге вырастет истинный джентльмен: ребенка делают человеком не только действия родителей, но и масса других факторов. Уместно ставить вопрос так: все ли возможное мною сделано для становления у сына мужского характера?

Очень много значит личный пример, собственная позиция мужчин старшего поколения. Готовность проявлять настоящие мужские качества заложена и в современных ребятах. Надо только их надоумить, подтолкнуть к благородным действиям.

[Venezia]

Агидель,
Иришенька, пожалуйста, что нибудь для грудничков
Я темку открыла, видела?

[Агидель]

Шесть золотых правил для воспитания лентяя

Шесть золотых правил для воспитания лентяя

Для того, чтобы воспитать лентяя, необходимо иметь определённый набор правил, не подлежащих сомнению и пересмотру. Правила, о которых я расскажу ниже, являются универсальными руководствами к действию. Придерживаясь их, вы гарантированно получите на выходе доброкачественного лентяя.

На первый взгляд может показаться, будто эти правила, наоборот, помогают закалить в ребёнке самые лучшие качества, такие как: усидчивость, настойчивость и целеустремлённость. Но это не так. И дальше я объясню почему. А сейчас правила:

Правило №1: Каждый ребёнок рождается лентяем
И если его не принуждать к труду, инициативу он никогда не проявит. Заставляйте ребёнка делать через «не хочу». Он привыкнет к принуждению и в конечном итоге станет трудолюбивым и успешным человеком. Если ребёнка не заставлять, то он превратится в тунеядца, который не готов ко взрослой жизни.

Правило №2. Ребёнок должен быть послушным
Если ребёнок не слушается, необходимо сделать всё возможное, чтобы добиться его послушания. Если сказали сделать уроки, убрать в комнате или помыть посуду, он должен выполнить приказание немедленно. В результате такого воспитания ребёнок станет трудолюбивым, хозяйственным и дисциплинированным.

Правило №3. Лучший способ отучить ребёнка от нежелательного поведения — это наказания и лишения
Заберите компьютер и ребёнок начнёт хорошо учиться. Запретите гулять на улице, если он плохо себя вёл, и тогда, в страхе перед наказанием, он обязательно исправится.

Правило №4. С капризами ребёнка считаться нельзя
Если ребёнок капризничает, идя против вашей воли, то делает это лишь потому, что вредничает. Каковы причины капризов? Никакие. Просто он ещё маленький и глупенький. Лучше наказать его без вопросов и выяснений. Тогда ребёнок перестанет вредничать.

Правило №5. Задача родителей — защитить ребёнка от ошибок
Если ребёнок что-то делает неправильно, сообщите ему об этом заранее. Объясните ребёнку, что способ, которым он хочет достичь своей цели, неверный. Покажите ребёнку лучший вариант, которого он не увидел сразу. Защищайте ребёнка от подобных ошибок и тогда он возьмёт от жизни гораздо больше, чем смогли взять вы.

Правило №6. Высокие требования сделают из ребёнка настоящего человека
Ребёнок должен быть послушным, честным, умным, целеустремлённым. Должен хорошо учиться в школе, не быть эгоистом, должен помогать по дому, уважать старших, заниматься спортом и приносить радость. Постоянно сравнивайте ребёнка с более успешными детьми или указывайте ему на его недостатки. Это мотивирует ребёнка стать лучше и он обязательно изменится.

Все эти правила настолько мощны, что применение даже одного из них даёт стабильный и надёжный результат в воспитании лентяя. Они как зёрна — посадите их в благодатную детскую почву и однажды маленький стебелёк вырастет в могучее дерево. Посадите все зёрна и вы получите роскошный сад.

Прививаем нежелание учиться в школе
Вычитать и умножать, малышей не обижать
Учат в школе, учат в школе, учат в школе
Слова из песенки

Людям нравится заниматься делами, которые заставляют их переживать приятные эмоции. И наоборот, чем больше негатива связанно с конкретным действием, тем меньше желания его делать. Соответственно, негативные переживания по отношению к учёбе тоже отбивают желание учиться.

В первую очередь, родителям рекомендуется ругать ребёнка за плохие оценки. Получил двойку — плохо, получил пятёрку — так и должно быть. За низкий балл ребёнок должен получать больше негатива, чем позитива за хорошую успеваемость. То есть, наказание должно быть более ощутимым и запоминающимся, нежели поощрение.

Вот несколько хороших примеров для наказаний: подзатыльник, ремень, запрет гулять на улице, запрет на компьютер или телевизор. Наказание желательно сопровождать чтением нотаций, подавляющих ребёнка. Чем хуже он себя чувствует, тем больше ненавидит школу.

Ругать и наказывать
Плохие оценки обязательно должны ассоциироваться с негативными переживаниями. Это постепенно убивает интерес к получению знаний. Если ребёнок получил двойку и, возвращаясь домой, мучительно думает: «Родители меня за это убьют!», значит часть воспитательной задачи выполнена. Тех, кто добился подобного результата, можно поздравить с успехом!

Заставлять
Для получения более ощутимых последствий, рекомендую заставлять ребёнка делать домашнее задание сразу же после наказания. В этом случае, подсознание быстро устанавливает связь между уроками и такими эмоциями, как: подавленность, безысходность, обида и злость на родителей, а так же ненависть к школе.

Теперь, как только ребёнок подумает о домашнем задании, автоматически будут возникать негативные переживания и дискомфорт в теле.

Метод «дворника»
Следующий подход называется — метод дворника. Это подход, в котором родители говорят нечто вроде: «Будешь плохо учиться — на работу не устроишься. Станешь дворником или уборщиком». Негативная мотивация является хорошим подспорьем в воспитании будущего лентяя, потому что в большинстве случаев действует подавляюще.

Не стоит говорить ребёнку о том, что произойдёт, если он будет хорошо учиться. Позитивная мотивация не помощник в воспитании лентяя. Поэтому лучше сразу о ней забыть.

Сравнение с успешными
Напоследок ещё один приём — сравнивание с успешными. Родители, сравнивающие ребёнка с более успешными детьми, добиваются прекрасных результатов. Они дают понять ребёнку, что он хуже других. Частое сравнивание укрепляет в нём эту убеждённость.

Прививаем лень к уборке
При уборке никогда не складывайте мусор
у выхода из комнаты, есть шанс замуроваться
Автор неизвестен

Взрослый зашёл в детскую комнату и увидел бардак. Ребёнок играется в игрушки. Что должен делать ответственный родитель, желающий воспитать лентяя? Правильно. Нужно дать распоряжение, чтобы ребёнок немедленно навёл порядок. Конечно, он будет сопротивляться и высказывать своё недовольство, но заставить его необходимо.

Не следует идти на компромисс, если ребёнок просит убрать позже. Также родителей не должно интересовать, что ребёнок занимается интересным для него делом. Уборка должна быть сделана немедленно. В случае сопротивления стоит применить любой доступный способ принуждения: накричать, дать подзатыльник или отшлёпать по заднице.

Регулярное применение данного подхода даёт очень хорошие плоды — ребёнок возненавидит уборку и при первой же возможности будет избегать её.

В подсознании ребёнка отпечатывается шаблон: я играю — мне интересно — приходят родители — заставляют убирать — ругают — у меня нет выбора — я раздражён и подавлен — я не могу делать то, что хочу — я вынужден убирать. Уборка — это плохо. Уборка — это препятствие перед любимым занятием. Как только родительский контроль ослабеет, я буду наслаждаться возможностью не убирать!

Таким же образом в ребёнке можно пробудить лень к мытью посуды или хождению в магазин. Конечное явление данного подхода — внутренний саботаж и негативные эмоции при одной мысли, что сейчас предстоит сложить разбросанные вещи, подмести и помыть пол. Когда ребёнок станет взрослым и начнёт жить отдельно, то велика вероятность, что бардак в его квартире станет нормой: вещи на стульях, мусор на ковре, пыль на мониторе и, конечно же, гора грязной посуды.

А сейчас предостережение о возможной ошибке!
Родителям не стоит убирать и мыть посуду слишком часто, так как дети впитывают родительское поведение, словно губка. Если взрослые вообще не заставляют, а делают всё сами, то дети копируют их поведение. Тогда мотивация к наведению порядка становится внутренней, а не внешней. То есть, рано или поздно дети начинают самостоятельно наводить порядок если видят, что пора убрать.

Это не в наших интересах. Поэтому отвлекайте ребёнка от важных для него дел и заставляйте. Как вариант, вы можете сказать: «Мы целый день зарабатываем для тебя деньги, а ты полдня сидишь дома и даже не убрал в квартире». Чем больше негатива получит ребёнок от родительских нотаций, тем меньше его желание.

Прививаем сомнения в правильности выбранных действий
Слабый человек сомневается перед тем,
как принять решение; сильный — после
Карл Краус

Маленькая дочка делает для куклы платье. Мама заходит в комнату, некоторое время наблюдает и видит, что платье можно сделать гораздо лучше. Согласно правилу №5, которое гласит, что родители должны заранее сообщать ребёнку о его ошибках, мама должна сказать: «Ты делаешь так и так, но будет намного лучше, если ты сделаешь вот так».

Вот ещё пример. Сын собирает конструктор. Отец наблюдает и видит, что механизм можно сделать по-другому. В этой ситуации отец должен сказать сыну, что его модель несовершенна, и поставить перед сыном новую и правильную цель. Как вариант, отец может взять и сделать сам.

В подобных случаях задача родителей — донести до ребёнка, что реализация его задумки несовершенна, и показать лучший вариант. Если ребёнок всё равно делает по-своему и терпит неудачу, родителям стоит напомнить ему, что они предупреждали и говорили как надо. Пусть ребёнок будет подавлен.

На подсознательном уровне откладывается такой шаблон поведения: я поставил цель — выбрал средства её достижения — я сомневаюсь в правильности своего выбора, потому что где-то существует более эффективный способ действий, которого я не вижу — значит я буду делать неправильно — значит лучше не делать.

Люди, которых так воспитали, часто сомневаются в правильности своих действий. Страх, что существует более совершенный способ, становится преградой на пути к достижению целей. Иногда от таких людей можно услышать нечто вроде: «Я не знаю, как это сделать» или «Я не знаю, с чего начать». А это как раз то, что нам нужно.

Подрываем уверенность в собственных силах
Если вы сверяете свои поступки с общественным
мнением, вы не уверены в своих силах
Радислав Гандапас

Для того, чтобы подорвать уверенность ребёнка в собственных силах, существует множество эффективных приёмов. Я перечислю лишь некоторые из них.

Первый приём, классический — как можно чаще сообщать ребёнку, что он балбес, лентяй и руки у него растут из одного места. Родители, дающие понять ребёнку, что не верят в него, всегда пожинают хорошие плоды, поскольку их авторитет очень высок для ребёнка.

Если у ребёнка что-то не получается и он обращается к родителям за советом, но они в это время заняты, лучше всего сказать ему: «Разбирайся сам, мы заняты». И никаких «позже мы поможем тебе»! Если ребёнок действительно в затруднении и никто ему не помогает, то есть шанс, что он все-таки сдастся. Чем больше он сдаётся, тем меньше веры в свои силы.

Высокие требования, поставленные перед ребёнком, так же очень хорошо подрывают его уверенность в себе. При этом, мотивация к достижению высоких требований должна быть негативной. В этом деле хорошо работает сравнивание с другими детьми: «Серёжа хорошо учится, а ты балбес».

Также не помешает подавлять волю и самостоятельность ребёнка. Если во время прогулки в парке ребёнок отдаляется от родителей, следует держать его рядом, ограничивая свободу перемещения. Если ребёнок бегает, нужно запретить ему, объяснив это тем, что он может упасть. Чем больше подобных запретов, тем лучше.

Когда ребёнок капризничает, на то всегда есть известная ему причина. Выяснять эту причину ни в коем случае нельзя. В таких случаях нужно просто наказывать, чтобы в подсознании ребёнка закрепилось убеждение, что с его мнением никто не считается.

Заключение
Эту статью я написал по мотивам работы с клиентами. В ней собраны самые распространённые причины, по которым люди страдают от лени и неспособны достигать своих целей. Статистика о количестве случаев подобного воспитания просто удручает. Остаётся только надеяться, что будущее поколение сможет вырваться из стереотипного шаблонного мышления, которое руководит воспитанием детей.

Автор: Иван Пирог

[Dream]

Как нельзя наказывать детей?

Как наказывать детей, чтобы это было не во вред, а на пользу? Советы педагога-психолога

Как преодолеть проблемы поведения маленьких детей? Где грань между наказанием и истязанием? На какие мелочи родителям малышей стоит особо обратить внимание? Об этом и многом другом размышляет педагог-психолог, специалист по вопросам детской возрастной психологии, проблемам детско-родительских отношений Татьяна Владимировна Воробьёва.


Дети взрослеют, и вместе с ними «взрослеют» проблемы их поведения. Народная мудрость гласит: «Маленькие детки — маленькие бедки». Как же уйти от этих бед? Как постараться сделать так, чтобы из бед маленьких не вырастить беды непоправимые? Полностью уйти от проблем и скорбей, наверное, не получится. Но профилактика поведенческих ошибок, а как следствие, и последующих проблем, возможна в том числе и через наказание.

Наказание — уроки, которые дети должны усвоить вовремя; уроки, помогающие не попасть в жизненные трясины и ямы.

Наказание — учитель, помогающий ребенку правильно осознать и осмыслить ошибки своего поведения. Без наказания невозможно становление того разума, который вовремя поможет различить зло и добро — свет и тьму.

Наказание — это наказ, наставление, объяснение, вразумление.

Наказ — показ

Прежде, чем требовать от ребенка выполнения того или иного поведенческого соподчинения, необходимо объяснить — «зачем, почему…, что получится, если…». Чем меньше возраст ребенка, тем ярче «наказ» переходит в показ. В развитии детского мышления первым и ведущим является наглядно-действенное мышление, т. е. смотреть и делать. Поэтому и главным методом любого обучения является «образец», т. е. показ как надо сделать.


На консультации: Малыш хлопает маму по руке и смеется. Мама сначала молчит, улыбается, потом сердится, а затем обращается к психологу: «Почему ребенок злой, ему нравится причинять боль?!»

Ребенок, конечно, не злой, и его действия — игра. И тут как раз подходит метод показа образца поведения. Возьмите любую игрушку и эмоционально ярко и выразительно покажите, как «больно», «горько» стало игрушке. Покажите, как надо утешить, пожалеть, погладить, приласкать, успокоить. Показывая, расширяйте словарь ребенка. Показ и слово лягут в память ребенка, а память — это опыт, который научит играть, а потом и общаться с детьми. Ребенок, умеющий играть, как правило, реже ссорится и имеет больше друзей.

Наказ — оценка

Есть разные способы наказания.

Есть наказание без слов, когда родители всем своим видом показывают свое отношение к поступку или поведению ребенка. Подобная эмоциональная выразительность не только лицом, но и всеми жестами, часто становится хорошей шпаргалкой для ребенка. Мама спокойно кивает головой, улыбается, показывает жестом руки, что все хорошо, и малыш понимает оценку своего действия. Но вот ее лицо стало жестким, глаза колючими — что-то не так в его поведении. Конечно, использование такого вида наказания целесообразно для детей трех-четырех лет и старше.

И смысловая тональность родительского слова — это тоже наказ и наказание. «Хорошо, хорошо», — говорит мама, но таким голосом, что всем понятно, что все «очень плохо». Дети очень рано, уже в младенчестве понимают выразительность интонаций, чувств, настроений, поэтому чем раньше они научатся видеть родительское состояние, отношение, тем меньше конфликтов будет в доме.

В воспитании нет мелочей, следует почаще задавать ребенку вопросы типа: «Как ты думаешь, я не устала?», «Посмотри на мои глаза, они веселые или не очень?» И обязательно надо учить ребенка искать причину этого состояния. Да — это терпение, но за ним результат будущего внимания, чуткости к родителям и окружающим людям.

Наказ — объяснение


Из проективного обследования: «В комнате на столе лежит конфета, рядом никого нет — как ты поступишь?»

Ответ ребенка:

Алеша 5,1 лет: «Я её съем, никого нет, спросить ни у кого нельзя».

Наташа 5 лет: «Нет, брать нельзя, вдруг отравленная, умрешь».

Вика 5,3 лет: «Позову брата, ругать будут двоих, и так не страшно».

Ольга 5,1 лет: «Не возьму — чужое брать нельзя, это воровство».

Необходимо подводить малыша к ответственности за все, что он делает. Уже с пяти лет в поведении ребенка должен проявляться эмоционально-волевой контроль. Он выражается в сознательном подчинении родительским требованиям, если они рассказывали, объясняли, почему надо им подчиняться. Эмоционально-волевой контроль, конечно, носит неустойчивый характер, поэтому вновь и вновь придется показывать результаты неправильных поступков.

К пяти годам ребенок может и должен давать оценку своим поступкам. Это обусловлено и законами психофизиологического развития: в познавательном процессе ребенка появляется новое образование — творческое активное воображение, которое дает возможность планировать любой вид деятельности и предполагать последствия своих действий.

А к семи годам эмоционально-волевой контроль у ребенка должен быть сформирован. Это самый главный показатель зрелости ребенка, его готовности к новой школьной жизни, т. к. малыш может подчинить свое «хочу» требованию «надо».

В чем разница между наказанием и истязанием?

Когда же наказание перестает быть благодатным учителем и становится истязанием?

В «Толковом словаре» В.Даля есть ряд определений понятия «истязать». Наиболее характерные значения: томить, вымучивать, вынуждать, вымогать. Как часто «педагогические» воздействия родителей подходят под эти понятия! Истязание — это отказ от поиска путей взаимопонимания, это чаще всего накатанный штамп слов и действий. И, конечно, потеря всякого разумения, что перед родителями не состоявшийся заматерелый преступник, а ребенок.

Часто мы, родители, даже не подозреваем, что наше воспитание — это истязание! Есть много «благовидных» форм этого воздействия. Например, наши человеческие амбиции, где мы вымучиваем наших детей сделать или добиться того, что подчас выше их возможностей, например, требуем быть первым.

Воспитание переходит в истязание, когда мы, родители, перестаем понимать и принимать немощи нашего ребенка — стыдимся его. Наша тщеславная самость затмевает разум нашего родительского сердца. Как легко в присутствии третьих лиц мы небрежно даем оценку нашему ребенку: «Он безрукий, у него все вываливается из рук»!

Длинные нотации и обличения — это тоже своего рода истязания. Результат этих «вразумлений» — образование душевной дебелости: не усвоение поучительных уроков, а отторжение таковых. Формируется лицемерие, двоедушие, пренебрежение к словам. «Опять одно и то же!» — вот, что выносит ребенок от такой беседы с родителями.

Гнев, раздражение, усталость — весь арсенал физических и душевных недомоганий, который родители обрушивают на ребенка в виде злых одергиваний, криков — это тоже истязание, результатом которого становится страх, переходящий у детей в невротические состояния, логоневрозы, гиперкинезии, энурезы.

Телесные истязания — это ненависть и ослепление, где нет родительского начала. Родители обрушивают на ребенка поток безумия, где нет ни одной мысли, никакого человеческого чувства, а только ярость. А между «бить» и «убить» — только одна буква!

«Не будь побежден злом, побеждай зло добром»

Если рука поднялась, чтобы вразумить, или начинается словесная атака — надо остановиться! Хотя бы на полсекунды. Надо честно ответить себе: я сейчас люблю своего ребенка, или это накал моего негодования? Если нет этой простой и мудрой любви, а лишь накипь гнева, то нельзя спешить. Впоследствии будет стыдно и за действия, и за слова, которые были обрушены на малыша. Следует уйти, перемолчать, но не дать злобному гневу вырваться в действие против ребенка. Только приведя свои чувства в порядок, можно вразумлять и наставлять своего ребенка.

И пусть верностью выбранной тональности наказания будут наши родительские чувства и переживания. Что в нашей душе после «педагогического воздействия»? Душа не даст солгать: мучает совесть, стыд — значит, воздействие неверно!

Более того, одна ошибка порождает многие последующие. Родители могут начать заискивать, «подлизываться», искупать свою вину. И вместо урока, подчас сурового, ребенком усваивается родительская «плохость» — ведь была возможность усомниться в справедливости наказания.

Наказание, как неотъемлемая часть воспитания, в любом виде должно быть прикровенным и интимным. О нем должны знать только двое: ребенок и тот, кто рядом. Мы, взрослые, тяжело переживаем любые замечания, высказанные нам при посторонних. Мы подчас не понимаем и не помним сути сказанного, но обиду помним и подчас разбираемся только в том, как нам было сделано замечание. Что же говорить о ребенке?

Куда направить наказание

Волевое соподчинение требованиям родителей формируется на протяжении всего детства от младенчества до…. И наказание должно быть направлено на значимые для души ребенка эмоциональные переживания, т. е. на чувства. К ним можно отнести:

Чувство «принадлежности» к родителям. На вопрос «ты чей?» должен прозвучать ответ: «я мамин, я папин», поэтому наказанием для малыша будет такой, например, вопрос: «А мой ребенок так бы поступил?» Эта отстраненность от принадлежности родителям для ребенка — очень серьезное вразумление. А потом следует объяснить, каким должен быть ребенок, как бы он поступил, чтобы не огорчить родителей.

Чувство родительской значимости. Наличие этого эмоционального переживания тесно связано с опытом совместных игр, открытий, занятий, т. е. чем больше общения с ребенком, тем более значимым становится наказание в виде лишения этого общения.

Чувство «праздника». Умение родителей в каждой мелочи увидеть неожиданное, новое, необычное, радостное рождает неиссякаемый интерес к родителям, утверждает доверие к ним. Наказанием будет, если ребенок лишится этого «праздника».

Чувство «собственности». Это, как и чувство «принадлежности», тесно связано с эмоциональным этносом дома: семейного уклада, привычек, традиций; малыш с трудом отдает свои игрушки, вещи не потому, что он «жадный», а потому, что это его «дом». И лишение «собственности» может стать для ребенка серьезным вразумлением.

Душепагубные проявления

В поведении детей надо вовремя увидеть и искоренить душепагубные поступки. К ним можно отнести разнузданную вседозволенность в виде гневных проявлений.

Малыш в досаде, сердясь на родителей и на еду, смахивает хлеб со стола, бросает на пол. Как отнестись к такому поведению? Строго, очень строго! Небрежное отношение к еде не должно ускользнуть от родительского внимания, т. к. за этими проявлениями детского негодования возрастает душепагубное чувство неблагодарности, потребительства.

Нельзя позволять ребенку упражняться в гневливости, раздражении, капризах. Надо искоренять самые первые росточки разнузданности. Может быть, вразумление будет строгим и болезненным, но ведь и лекарства чаще всего горькие.

Ребенок толкнул, пихнул, ударил… К самому малому проявлению агрессии нельзя относиться снисходительно! Малыш как можно раньше должен усвоить правило о неприкосновенности человека. Никому и никогда нельзя причинять боль и страдания.

Когда победителей нет

Каждый ребенок требует своего подхода, и надо стараться искать правильную тональность, подходящее время для вразумлений. Но как часто сами взрослые попадают под эмоциональный молот бунта ребенка и пытаются остановить его в сердцах, со злобой и раздражением, еще больше заражая негодующего ребенка.

Злоба — это бессилие. Родителям необходимо знать важнейший психофизиологический закон — в состоянии возбуждения малыш действительно не слышит и не видит родителей, видит, конечно, как объект, но не воспринимает их действий и слов. Результат один: родители раздражены упрямством ребенка, его «бестолковостью», его «нарочно деланием нам назло». И здесь, как правило, заканчивается воспитание и начинается истязание. Победителей нет. Все побежденные!

В момент возбуждения ребенка необходимо искать пути и способы, чтобы в его глазах появился интерес. Словесные объяснения в такой ситуации не успокоят ребенка. Надо переключить его внимание на действия, т. е. малыш должен родителей увидеть. Можно хлопнуть в ладоши перед лицом ребенка, спрятаться за него, т. е. делать действия непривычные, чтобы малыш «вдруг» увидел нас.

Если малыш разошелся не на шутку и ничем отвлечь невозможно, можно взять кричащего ребенка в охапку и бегом в другое место, где новые впечатления, стоит воспользоваться его познавательной потребностью. Не надо ждать, когда ребенок успокоится сам, не стоит давать эмоции капризного гнева укореняться.

Но иногда нарушение поведения связано с переутомлением ребенка, в этом случае, по возможности, надо выполнить просьбу малыша. Уставший ребенок не в состоянии переключать свое внимание, и попытки его отвлечь затягивают негативное эмоциональное состояние.

Не рядом, а вместе со своим ребенком

После боя кулаками не машут, а включают разум, чтобы понять причину произошедшего. Произошел конфликт? Не стоит стремиться разобраться в сути по горячим следам. Надо успокоить ребенка, отмыть все следы отбушевавшей ссоры, дать остыть. Не надо начинать разборок, бесед. Нужно просто проявить молчаливое участие и сострадание, на которое способны мама и папа.

Что бы ни случилось, ребенок должен знать, что в его семье его поймут и помогут, что есть место, где его любят и ждут!

А когда страсти улягутся — вот время для беседы, чтобы понять, что ребенок сделал не так. В любой ситуации ребенок должен ответить на вопрос: «Что я должен понять? Чему я должен научиться? Почему это случилось со мной?» Необходимо разбирать поведение только своего ребенка, так можно помочь ему трезво оценивать свои, а не чужие поступки. Хорошо бы научить ребенка работать над собой, только говорить об ошибках надо с любовью, просто и коротко, без длинных нотаций и обличений. Короткое наставление ложится в душу надолго, а длинные нотации забываются сразу же. Если ребенок просит вас о помощи — помогите! Если ребенок о помощи не просит — помогите! Всегда надо быть не рядом, а вместе со своим ребенком.

И, конечно, у обоих родителей должна быть единая цель, одно духовное направление в формировании и воспитании души ребенка. А вот методы и приемы могут и должны быть разными. Кто-то берет лаской, кто-то строгостью. Не должно быть в воспитании духа ревности и соперничества, перетягивания ребенка от одного родителя к другому. Необходимо деликатно отойти в сторону, когда другой родитель вразумляет, наставляет ребенка. Присутствие даже самого родного человека подчас мешает искренности, доверительности, глубине общения.

Наказывая, нужно любить своего ребенка, тогда наказание станет наказом — путеводителем по всей его жизни. За добрый наказ идет благодарность и почитание тех, кто вразумляет, наставляет, т. е. вас, дорогие родители!


Источник: http://www.pravmir.ru/nelza-nakazyvat/#ixzz2vLDrtYcF

[Агидель]

Добавлено спустя 5 часов 13 минут 34 секунды:
Я только сейчас поняла, что это такое. Кровиночка. Я веду себя как животное – могу лишь нюхать своего детеныша, кормить и облизывать. Когда она только родилась, я закрывалась в комнате и мечтала только об одном – чтобы к нам никто не заходил. Я, словно волчица или собака, бросалась на тех, кто меня тревожил и хотел ее забрать у меня.
Я не хотела гостей, не хотела мужа, маму, сына, никого не хотела. Мне нужна была только моя девочка. Это прошло. Не до конца – я по-прежнему очень тяжело от нее отлипаю, но уже могу спокойно пережить двухчасовое расставание. Это правильно. Так должно быть. Но то ощущение я помню до сих пор, как муж помнит ощущение в ладони, когда он клал руку мне на живот.

Я стала мамой девочки. Теперь я всегда во всем буду виновата. Теперь я должна буду бросать все и бежать к ней. Теперь я буду всю жизнь бояться за ее здоровье. Теперь я буду сидеть с внуками. Теперь я поняла, насколько сильно я люблю свою маму и насколько сильно она любила меня. Чтобы это понять, мне нужно было родить девочку. Чтобы решиться написать про маму, я должна была сама стать мамой. Такой маленькой, удивительно красивой малышки, с длинными ресничками, бровками, глазками и пухлыми губками. Я смотрю на нее и умираю от счастья.

Эта книга не только о моей маме и ее жизни, но и о матерях – женщинах и даже мужчинах, которые стремились к одному: «быть хорошей матерью». Я расскажу о маме не в хронологическом порядке, а в том, в каком я вспоминала свое детство. Память так часто шутит – цепляется за какую-то незначительную деталь из настоящего, и раз – ты уже не здесь, а в тех временах, которые старалась все эти годы забыть или, наоборот, хранила как воспоминание.

Я не знаю, как воспитывать девочек. Совершенно ничего в них не понимаю.

Когда Серафиме, Симе, так зовут мою дочь, было несколько месяцев, я испугалась до обморока. Я же помню, какая должна быть грудь у младенца! Я же вырастила сына Василия, в конце концов! У Симы с грудью явно было что-то не то. Я вызвала врача.

– Что с ней? – спросила я, когда врач послушала и посмотрела малышку.

– Поздравляю, – ответила врач, – вы родили девочку. Маша, это молочная железа!!!

Я ей нужна, и это самое для меня удивительное. Когда я брала маленького сына на руки, он начинал активно дрыгать ногами и сползать с «ручек». Ему нужно было ползать, ходить, только не сидеть на руках.

– Что? Что? Я не понимаю! Почему она плачет? – спрашивала я мужа, когда Сима хныкала. Я хватала ее на руки и прижимала к себе. Девочка замолкала.

– Наверное, она так просит, чтобы ее поносили, – сказал муж.

Мы носим ее по очереди. Оба до сих пор удивленные.

– У нее какашки черного цвета! – кричу я мужу. – Скорее дай мне телефон! Почему они черные? Это желудок! Нет, кишечник! У нее даже язык черный! Как у собаки чау-чау!

И уже с телефоном в руке, набирая номер врача, вспоминаю, как точно так же кричала девять лет назад, когда накормила сына черникой. Только тогда я была покрепче нервами.

– Я тебе вообще ничего не должна! Я тебя родила! Я твоя мать! Что ты из меня кровь пьешь?! – Моя мама стояла в коридоре, срывала с вешалки куртку, кричала и плакала.

Мама приехала рано утром в субботу. Обычно она приезжает уже после завтрака – когда мы все красивые, умытые и улыбающиеся. А тут приехала специально рано, чтобы накормить завтраком. И увидела меня, свою дочь, – уставшую, задерганную, еще не восстановившуюся после родов. Увидела внука с синими кругами под глазами, худющего и измотанного к концу учебного триместра. Увидела зятя, который в этой ранний час был похож на старую грустную панду. И маленькую девочку, свою внучку, которая, услышав незнакомые звуки, начала плакать навзрыд.

Мама ушла на кухню. Гренки сгорели, кофе убежал.

Тут прибежала я – варить кашу. Мама, решившая сварить борщ, мне мешала.

– Мам, давай ты потом все приготовишь?

Вот с этого все и началось, как начинаются скандалы в большинстве семей. С ерунды. С фразы, которую потом никто не помнит.

Мама начала ругаться. Я знала, что она кричит от страха и от бессилия – она не может мне помочь, не может сделать так, чтобы мне было легче. И вместо этого произносит банальные бабские фразы типа: «Ты знала, на что шла, когда рожала второго ребенка!»

Именно поэтому она когда-то переехала жить за город. Чтобы ненароком не вмешаться в мою жизнь. Чтобы дать мне возможность жить самой так, как я считаю нужным.

– Я не лезу к тебе со своими замечаниями, не треплю тебе нервы и не сижу у тебя на шее, – говорит она.

И никак не может понять, что я хочу, просто мечтаю о том, чтобы она лезла ко мне, трепала нервы и сидела на шее. Я по ней безумно скучаю. Так сильно, что все время с ней разговариваю. Советуюсь, рассказываю про детей, про работу. Я могу ей позвонить в любой момент. Но не нарушаю этот заключенный ею не пойми с кем, скорее с самой собой, пакт о невмешательстве в мою жизнь. Не звоню, потому что запросто могу услышать, что ей некогда или она занята, хотя совершенно точно знаю, что ей есть когда.

– Мама, почему ты мне не звонишь?

– Зачем?

– Просто поговорить.

– Тебе больше заняться нечем? Если что-то случится, я позвоню. Точнее, тебе позвонят. Ты же знаешь, я паспорт всегда с собой ношу. Чтобы легче было опознать.

– Мам, перестань так шутить. Пожалуйста. Я уже не воспринимаю такие шутки.

– Что ты от меня хочешь? Я уже старая и тупая.

– Неправда. Ты еще молодая и мудрая.

– Я уже давно ничего в этой жизни не понимаю. Не хочу понимать. Уже ничего не хочу.

Я смотрю на Симу и хочу... Хочу быть ей должна. Столько, сколько смогу. Столько, сколько выдержу. И пусть она пьет из меня кровь. Пусть всю выпьет, только не перестанет во мне нуждаться. Пусть зовет, просит, требует. Моя мама мечтала о том, чтобы я выросла сильной и, по ее собственному выражению, «не пропала в этой жизни». Я выросла сильной и теперь хочу, чтобы моя дочь выросла слабой.

– Ты меня хоть любишь?! – кричит мой сын Василий, когда я прошу его сделать то, что он не хочет, – уроки, уборку...

Дети часто об этом спрашивают. И остаются совершенно равнодушными, когда им отвечаешь: «конечно, люблю», «не говори глупости», «как ты можешь такое спрашивать?» и тому подобное. Они хотят слышать «я тебя люблю» через каждые пять минут. К ним нужно подходить и надоедать с поцелуями. Они будут отмахиваться, вытираться и говорить: «Ну хватит!» И будут ждать, когда ты снова подойдешь и начнешь чмокать в шею, в руку, в нос – куда придется.

Когда Вася был маленький, я старалась сдерживаться. Он мальчик, с ним нельзя сюсюкаться, нельзя облизывать. Сейчас я уже не сдерживаюсь. Наверстываю упущенное. Заворачиваю по вечерам в одеяло так, чтобы даже повернуться не смог, и начинаю зацеловывать. Он хохочет и вырывается.

М. Трауб "Плохая мать"

[Наталька]

где мама этого ребенка, который на стенке!