Вопросы школьного образования ⇐ Православное образование

[Агидель]

23 октября 2013, 13:27 (мск) | Общество | Ньюстюб
Рособрнадзор ввёл перекрёстную проверку ЕГЭ
В будущем году количество минимальных баллов по каждому предмету ЕГЭ не изменится. Но после серии скандалов изменится схема доставки заданий в регионы. Тесты будут привозить за день до экзамена, а не за три, как было раньше. И хранить их будут в специальном помещении под видеонаблюдением.

Добавлено спустя 1 час 17 минут 48 секунд:
[youtube]https://www.youtube.com/watch?v=HxA0yauiYMY[/youtube]

[Олександр]

Агидель, как раз ищу Амонашвили.
Что ещё интересного есть по гуманной педагогике?

[Агидель]

Олександр!
Александр!
Обязательно посмотрю! Я, когда размещала, этот материал именно о Вас подумала.

[Агидель]

Статья показалась интересной.
Найди 5 отличий
Что общего у советской и израильской школы?

Между российской и израильской школой можно найти не пять, а сто пять отличий: и количество лет, проведённых за партой, и длина каникул, и изучаемые предметы, и, в конце концов, языки, на которых ведётся преподавание. Но и сходств найдётся достаточно. Причём даже не с российской, а с советской школой нашего детства. Убедитесь в этом сами.

Дедушка умер, а дело живёт
Каждый раз, когда приближается ноябрь, мне начинает казаться, что существует машина времени: я снова маленькая девочка, которая утром собирается в школу и узнаёт, что умер Брежнев. Классная руководительница с траурной ленточкой на крахмальной блузе срывающимся голосом говорит: «Дети! Ушёл из жизни генеральный секретарь ЦК КПСС. Посмотрите по телевизору похороны. Обязательно посмотрите!»
И вот девочки из начальной школы, растерянные и расстроенные, включают телевизор, слушают траурный марш, смотрят на гроб и плачут. Они ещё плохо понимают, кто такой Брежнев, но ясно одно — закончилось что-то светлое и прекрасное, умер кто-то добрый и важный.
Каждый год 4 ноября, в годовщину смерти Ицхака Рабина, в израильских школах проходят траурные мероприятия. К ним начинают готовиться заранее. Детей просят собрать материалы о Рабине («Википедия» в помощь ленивым — и 20 одинаковых домашних заданий аккуратно переписано в тетрадки). Какой-нибудь класс выбирают ответственным за траурную линейку, ученики должны подготовить грустные песни и сценки из жизни Рабина.
— Сегодня шестой «А» показывал спектакль, — чуть не плача, говорит дочка-первоклассница. — Один мальчик был Ицхаком Рабиным. Ты знаешь, кто это? Это был очень добрый, хороший человек. Он вышел на сцену и говорил речь о мире. Но тут другой мальчик, злой, в него выстрелил. И убил!!! И у наших девочек потекли слёзы.

Все на сбор макулатуры!
Роль макулатуры в Израиле выполняют пластиковые бутылки. Инициативу спускают откуда-то сверху — и вот уже дети, а вместе с ними и родители стоят на ушах. Объявляется конкурс «Какой класс соберёт больше бутылок». Победителей обещают наградить экскурсией на завод, где разливают прохладительные напитки, или чем-то ещё прекрасным, да и вообще, им слава и почёт!
В каждом классе находятся активисты, которые не только тащат бутылки из дома, но и обходят после уроков все ближайшие помойки в поисках бесценного пластика. Хотя почему же бесценного? Каждая бутылка объёмом меньше полутора литров имеет свою стоимость. Эту тару можно сдать в любом супермаркете и получить деньги.
У самых предприимчивых довольно быстро возникает вопрос: «Зачем нести бутылки на конкурс, если можно сходить в магазин, получить за них наличные и купить сладости или ещё какие гадости?» В итоге конкурс заканчивается, а привычка искать бутылки по помойкам остаётся.

Надо, надо твёрдый дать ответ!
А на следующий год придумывают новый конкурс: какой класс не будет пользоваться пакетами для бутербродов. Школьные завтраки дети носят из дома: кто в коробочках, кто в пакетиках. Внезапно школьникам начинают рассказывать, как ужасный полиэтилен загрязняет планету, сколько времени разлагается один пакет и какое страшное будущее ждёт всех, если мы немедленно не перейдём на пластмассовые коробки для бутербродов.
И снова дети, а с ними и родители стоят на ушах. Миленькой коробке — да, да, да! Жуткому пакету — нет, нет, нет! Каждый день по классам ходят проверяющие: «А ну-ка, ребята, достаньте свои бутерброды! Так-так-так, в третьем "А" двое детей принесли пакеты, не думают о будущем нашей планеты. А вот третий "Б" молодцы — у всех бутерброды в коробочках».
Но наступает новый учебный год, и все забывают о том, сколько разговоров было о вреде полиэтилена. Всем становится безразлично, в чём дети носят еду — в коробках, пакетах или вообще в алюминиевых банках, срок разложения которых 500 лет.

Скромность украшает человека
В следующем учебном году новое распоряжение — одежда должна быть не выше колена, даже спортивные шорты.
Когда-то классная руководительница терроризировала меня за то, что в сильные морозы я приходила в школу в белой шерстяной кофте, надетой поверх школьного платья под чёрный передник. Мой дневник примерной девочки, учившейся без троек и никогда не имевшей проблем с поведением, вдруг оказался исписан замечаниями вроде: «Прошу одевать вашу дочь по форме, а разные кофты внутрь, под платье».
Прошло каких-то тридцать лет, и вот мой собственный ребёнок приносит из школы: «Прошу не одевать вашу дочь в короткие юбки». Светская школа, на улице +30, скромная юбка-шорты смотрится гораздо приличнее, чем обтягивающие лосины. Но правила есть правила, и даже шестилетние девочки должны носить юбки и шорты до колен.
Впрочем, как всегда, все люди равны, но некоторые более равны, поэтому если у ребёнка достаточно крикливые родители, для них могут сделать исключение. Многие вопросы в Израиле легко решаются на повышенных тонах. Никому не нужны проблемы с ненормальной мамашей, которая за лишний сантиметр на юбке дочери готова каждый день приходить скандалить в школу.
Существует и метод отвлечения, которым можно воспользоваться, если у вас, к примеру, две дочери, и обеим вы уже купили по десять юбок выше колена, не зная о новом правиле. Сделайте что-нибудь ужасное — удивите, поразите учителей, и им будет уже не до длины одежды. Например, покрасьте девочкам волосы, и пока вас будут за это ругать, короткие юбки отойдут на второй план, а вы заодно сообщите педколлективу, что в школе свирепствует педикулёз и только это толкнуло вас на крайнюю меру — ведь крашеные волосы это лучшее средство от вшей.

Вместо белой простыни
В израильских школах нет начальной военной подготовки, и автоматы на уроках никто не разбирает. Поскольку в армии служат и мальчики, и девочки, эта радость у них впереди. Но всё же что-то общее с НВП и ОБЖ имеется.
Раз в год дети обязательно спускаются в убежище. Обычно это школьный подвал, куда следует организованно пройти в случае опасности.
Учась в школе, я знала, куда ползти, накрывшись белой простынёй, если Америка кинет на СССР ядерную бомбу. Израильские дети знают, что делать, если начнётся землетрясение или прозвучит сирена тревоги.
А вот надевать противогазы себе и раненому товарищу на уроках не учатся. Коробки с противогазами лежат у израильтян дома, но пусть они им никогда не пригодятся, как не пригодилась мне в детстве та белая простыня.

[Олександр]

Что общего у советской и израильской школы?

Да, евреи они и в Израиле евреи.

[Агидель]

http://www.edutainme.ru/

Вальдорфская школа
Основана: 1919, Штутгарт (Германия)



Маленькому учебному заведению при табачной фабрике удалось стать тем, чем сегодня отчаянно пытаются быть другие — не просто школой, а воплощенной доктриной, образцом для подражания. Здесь дети ничего не зубрят специально, а как будто повторяют в миниатюре путь развития общества. История, например, поначалу преподается через легенды и мифы, потом — через библейские сказания, а современный этап изучается только в выпускном классе. Все уроки тесно взаимосвязаны: математический материал вполне может быть закреплен в танце. Жестких наказаний и оценок в вальдорфских школах нет. Стандартных учебников — тоже. Сейчас по такой схеме работают около тысячи школ и двух тысяч детских садов по всему миру.
(В Уфе есть детский сад и школа, я проходила один раз курсы повышения квалификации по валфдорской системе, как учитель рисования. Для преподавания рисования этот подход мне показался правильным)
Школа Декроли (Эрмитаж)
Основана: 1907, Брюссель (Бельгия)


По задумке бельгийского профессора Декроли, ребенок должен, в первую очередь, последовательно познавать среду обитания, в которой ему придется жить. В начальной школе обучение касается базовых интересов и потребностей — питание, защита от непогоды, отдых и пр. Собирая, например, сведения о продуктах, ученики потом используют данные на уроках родного языка, математики и естествознания. Девиз школы — действовать, чтобы научиться, а не учиться, чтобы действовать.

Школа Дальтон
Основана: 1919, Нью-Йорк (США)



Молодой педагог Элен Паркхерст придумала разбить учебную программу на контракты: в каждом указывалась рекомендательная литература, контрольные вопросы и информация к размышлению. Ученики подписывают с школой договоры разной сложности, решая, в каком темпе и на какую оценку они хотят освоить материал. Учителя в дальтонской модели получают роль консультантов и периодических экзаменаторов. Частично этот метод был перенесен в советские школы20-ыхгодов в виде бригадно-лабораторного метода, но не прижился. Сегодня система успешно работает по всему миру, а сама нью-йоркская школа в 2010 вошла в список Forbes как лучшая подготовительная в стране.

О школах работающих по дальтон-планам я писала курсовую по истории педагогики. Очень было интересно. Считаю, что опыт и эксперимент в учебной работе - наилучшие методы! Минус! Работая в группе, слишком многое зависит от личного участия каждого. За выполнение проекта ставят общую оценку всей группе, а степень участия может быть разной

[Агидель]

Телеканал "Культура". Уроки для взрослых.

[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=CGMvUk6UPTk#t=598[/youtube]

Все школы, о которых рассказано в фильме, удивляют и вдохновляют. Мне, конечно, очень понравились они все без исключения.

[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=1nGkK7UORGc[/youtube]

Добавлено спустя 3 минуты 11 секунд:
[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=cTp3qjC78Yc[/youtube]

Добавлено спустя 45 секунд:
[youtube]http://www.youtube.com/watch?v=GU2W6BiKlyc[/youtube]

[Агидель]

«Ломоносовых больше не будет»
Математик и наставник Григория Перельмана Сергей Рукшин рассказал «Газете.Ru», в чем ошибки реформы российского образования
http://www.gazeta.ru/social/2013/11/22/5764921.shtml

Учитель Григория Перельмана и Станислава Смирнова, двух лауреатов Филдсовской премии, педагог, воспитавший 90 призеров и победителей международных олимпиад по математике, профессор РГПУ им. Герцена, замдиректора по науке физмат лицея №239 Сергей Рукшин рассказал «Газете.Ru», за что он критикует реформу российского образования и почему российские ученые предпочитают работать брокерами в США, а не заниматься наукой на родине.

— Вы один из самых ярых критиков нынешней реформы образования. К этой критике прислушиваются?

— Без критики было бы намного хуже. Крылов когда-то написал: «А Васька слушает да ест». Критику слушают, иногда даже что-то удается сделать. Скажем, год назад я выступил на заседании Общественного совета Минобрнауки, где сообщил о том, что одна из сотрудниц министерства, начальник департамента общего образования Елена Низиенко, умудрялась несколько лет организовывать приписки к спискам победителей финалов всероссийских олимпиад. А эти приписки дают стобалльный ЕГЭ, а победителям — внеконкурсное поступление. Приписывали причем тех, кто вообще в олимпиадах не участвовал. В итоге эту чиновницу по-тихому убрали.

Сейчас я вхожу в рабочую группу двух советов — Общественного совета и Совета по науке Минобрнауки. Эта группа занимается реформой РАН, наша цель — хотя бы в форме подзаконных актов способствовать сохранению научных институтов и научных школ. Организационную структуру уже не спасти, но в этом академия сама виновата, надо было раньше думать о реформировании. Но научные институты, ведущие лаборатории надо спасать. Дмитрий Ливанов с нашими предложениями согласился, правда, неизвестно, будут ли они воплощены и в каком объеме.

— Почему вас не устраивает реформа образования?

— Я считаю, что 12 лет непрерывных реформ поставили наше образование на грань, за которой его уже не будет. Из системообразующего института нации, который формирует нас как граждан этой страны, оно превращается в услугу. Вместо специалиста, который социализирован в этой стране, мы даем бумажки недоученных бакалавров, которые знают реальную жизнь хуже, чем выпускники техникума много лет назад. Они воспринимают страну как место работы. А место работы в случае чего можно и поменять. Мы утрачиваем и содержание образования, и его социальную функцию.

Закон «Об образовании» «обсуждала» комиссия по развитию образования Общественной палаты, которую возглавляет один из идеологов реформы образования ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов. Он реформу придумывает, он же ее и одобряет — такое общественное обсуждение. Моя любимая цитата из «Теркина на том свете»: «Это вроде как машина скорой помощи идет: сама режет, сама давит, сама помощь подает».

Ужас наших реформ состоит не только в том, каковы они, но и в механизме принятия решений. Самый возмутительный пример, когда под покровом ночи, без объявления войны, в нарушение всех сроков был внесен закон о реформе РАН в Госдуму. Реформы образования проводились примерно так же. Только иногда создавалась иллюзия их общественного обсуждения. Реформы принимаются скрытно и без участия профессионалов. Помните недавний скандал про то, что РАН должна выдать свои планы по публикации статей на 2014–2016 годы? Фундаментальная научная работа не планируется. Как мой ученик Григорий Перельман должен был спрогнозировать, что докажет гипотезу Пуанкаре? Или наша отчетность вузов. Как можно судить о деятельности вуза по квадратным метрам и среднему баллу ЕГЭ поступающих?

— Я не соглашусь с вами. Судят не только по этим критериям. К тому же посыл мониторинга эффективности очень верный: закрыть вузы, которые не дают образования, а продают дипломы.

— Средний балл поступающих характеризует общественный престиж профессии и репутацию вуза, а не работу вуза. Еще один из критериев — зарабатываемые деньги. Это хорошо, когда вуз зарабатывает, но его основное дело — учить студентов. Популярность и реноме профессии создаются не вузом, а обществом. Вуз не должен отвечать за то, что на педагогические и инженерные специальности конкурс понижается. Это общество решает, нужны ли нам люди этих профессий. От наличия больших площадей и иностранных студентов вуз эффективнее не станет.

— В декабре должна быть принята концепция математического образования. Вы к ней как относитесь?

— Я плохо отношусь к подобной деятельности в принципе. Вместо того чтобы оглянуться и подвести итоги реформы, мы убегаем от анализа реальных проблем, формулируем новые лозунги. Нам надо понять, какое образование нужно стране, определить фундаментальное ядро школьного курса. Причем не отдельно по математике, а во взаимосвязи с физикой, химией, биологией, другими предметами. И только после выделения фундаментального ядра, отталкиваясь от него, нужно определять содержание математического образования, начиная со школы и дальше, вплоть до подготовки научных кадров.

В эту концепцию дважды академик Алексей Семенов, который стоит во главе разработчиков, напихал все, что можно было, с точки зрения его увлечений, хобби, освоенных грантов, бизнеса и так далее. Это и непомерно раздутый акцент на применении компьютеров, дистанционное обучение, электронные учебники и ресурсы — все то, на чем зиждется бизнес президента издательства «Просвещение» Александра Кондакова и его супруги. Компьютер — инструмент, его надо использовать. У нас никто не организовывал 30 лет назад курсы по освоению молотка, каждый его использовал в быту, как ему нужно: хирург и невропатолог — стучать по коленке, плотник — забивать гвозди. Так что в концепцию напихано много вредных вещей, которые будут отвлекать от содержательной роли математического образования. А первоочередная роль математического образования — это развитие мышления. Я достаточно успешно занимаюсь образованием уже 38 лет, все-таки единственный в мире педагог, воспитавший двух филдсовских лауреатов, и педагог, чьи ученики завоевали более 90 медалей международных олимпиад. Так что я в этом что-то понимаю.

Нам гораздо больше, чем трата денег на несвоевременную концепцию, помогло бы повышение стипендий аспирантам. Это унизительно: мой ученик едет в аспирантуру в США, где ему стипендии хватает, чтобы содержать семью, не отвлекаясь на дополнительные заработки от занятий наукой. У нас аспирантской стипендии не хватает на оплату общежития и проезд к месту работы.

— Разве нет вероятности, что электронные технологии позволят сделать процесс обучения легче и сфокусироваться на образовательных задачах?

— Легче и лучше — разные вещи. Есть предметы, где надо что-то выучить и освоить. В кулинарном деле можно сжечь пару десятков яичных белков с сахаром, но в итоге научиться печь безе. В математическом образовании конечный продукт — это мозг. Поэтому я не понимаю, что электронные носители и дистанционное обучение могут сделать такого, чего не сможет сделать человек с мелом и тряпкой у доски.

Надеюсь, что первое время эта концепция никак не повлияет на образование. Поколение педагогов, которые привыкли работать по-старому, будет продолжать так работать, и хорошо. Но опасности, заложенные в концепции, для будущего велики. Она опасна самим фактом своего существования.

— А как на практике повлияет эта концепция на преподавание математики?

— Петербургские журналисты мне часто возражают, что у нас в городе ничего к худшему не изменилось. Тогда я им предлагаю посмотреть на страну. Наш 239-й лицей, может быть, пока не тронут. И 57-я школа в Москве. Хотя, возможно, с нас тоже начнут требовать все, что прописано в законе, вроде использования электронных учебников. Меня в этой концепции пугает отсутствие воздействия личности учителя, а это снижает социализацию наших школьников и студентов. Отсутствие личностного воздействия не воспитает гражданина страны, а меня волнует, что будет с этой страной.

Наверняка какой-нибудь сумасшедший заведующий РОНО будет требовать от сельской школы внедрения электронного документооборота. Ведь сейчас как: думали, электронный журнал введут вместо бумажного, так нет — оставили оба. Мы все больше формализуем профессию учителя, поэтому рано или поздно от всех начнут требовать отчетности. Это бомба, заложенная в будущее. Хорошо, если эта концепция останется болтологическим документом, как говорится, строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения. Но беда в том, что там заложены финансовые интересы определенных кругов. Гранты пойдут не на повышение зарплаты учителям, а на развитие электронных ресурсов. Сейчас было бы актуальнее принести пользу образованию прямым вливанием денег. Я не говорю, что деньги все определяют.

Повысь мне зарплату в школе в десять раз, я лучше работать там не стану. Да и большинство людей, потому что там многие работают за идею. Вот если бы мне повысили мою зарплату в вузе в пять раз, наукой я бы стал заниматься лучше. А профессия учителя все-таки не та, куда идут за большими деньгами.

— Что же нужно делать, на ваш взгляд?

— Еще в 2010 году президент дал поручение создать в федеральных округах и при ведущих вузах сеть лицеев, таких как специализированные школы-интернаты при МГУ, СПбГУ. Чтобы талантливый школьник мог получить математическое образование, не уезжая навеки с Камчатки в Москву, а видясь со своими родителями на каникулах, а иногда и на выходных. Эта инициатива заглохла.

— При вузах создаются же...

— Вы опять говорите о Москве, которой хватает хороших школ. Математическое образование для какой-нибудь школы №57 ни в какой концепции не нуждается, потому что у них такие условия, что они могут игнорировать любые глупости, которые будут твориться вокруг. Но давайте подумаем о России. Ломоносовых больше не будет. Очень тяжело семье из региона отправлять ребенка на учебу в лицей в Москву и содержать его там. Лицеев в федеральных округах нет, а никакие лицеи при Высшей школе экономики их не заменят.

— Как вы жестко. Вы критикуете то, что еще только начало работать.

— А по-другому невозможно. Предупреждать надо громко, потому что глупости обычно делаются тихо и необдуманно. Ярослав Кузьминов не построил ни одной образовательной системы, кроме своей Высшей школы экономики. Да и то с великим экономистом Ясиным, Шохиным и с финансированием Минобрнауки и Минфина. Он ничего не понимает в среднем образовании. Или мой коллега по матмеху ЛГУ Андрей Фурсенко, который всю жизнь занимался наукой, но не имел никакого опыта в среднем образовании, реформу которого проводил. Я создал в своей жизни несколько образовательных систем и консультировал их создание. От частной начальной школы до ведущего в стране математического центра образования одаренных школьников. Я могу предъявить результаты моей работы, а пусть реформаторы покажут свои.

— Вы считаете, что личность педагога важна для ученика. Но бывают ведь и такие учителя, которые не являются выдающимися педагогами.

— Мы совершенно неправильно оцениваем понятие «выдающийся педагог». По нынешней системе аттестации учителей, чтобы получить высшую категорию, учитель должен писать научные статьи, участвовать в конференциях, предъявлять победы учеников на олимпиадах. Последнее, кстати, не задача учителя, это задача дополнительного образования — кружков и факультативов. Задача учителя — учить. В школе на окраине города идет урок русского языка, в классе половина учеников — дети мигрантов. Некоторые с нуля начинают учить русский. И если учительница научит этих детей общаться на русском языке, ценить его и научит их культуре поведения в нашей среде, то это уже великое достижение. И это гораздо важнее, чем если бы эта учительница писала научные статьи и ездила по конференциям.

У нас так мало великих учителей, потому что учителям приходится работать в скотских условиях. Вслед бумажной отчетности и бумажной аттестации рано или поздно последует «бумажная работа». У них есть конкретные задачи — воспитание, социализация и обучение. Учитель делает это, тратя душевные силы. Сейчас же получается ситуация, когда мы детей должны учить по инструкции. Хороших учителей было бы больше, если бы они работали в других условиях.

Великих учителей как раз не тронут, поскольку они приносят золотые яйца, которыми хвастаются в отчетах руководители РОНО. Даже в каком-нибудь маленьком городе лучшего учителя не тронут, закроют глаза на его репетиторство, потому что он детей начальников учит. Но для того, чтобы выросли эти великие учителя, и молодых не надо трогать. Они должны получить условия, которые бы их стимулировали. Знаете, был в 1990-е годы замечательный эффект: денег учителям не платили, но при этом руки не связывали. И в то время родилось столько замечательных учительских инициатив, потому что не было никакой формальности отчетности. Мы тебе мало платим, но не мешаем работать. А теперь стали платить регулярно, при этом достойно платить не стали, но зато стали связывать руки.

— Насколько изменились дети, которых вы учите, по сравнению с 1970–1990-ми годами?

— То, что современная молодежь хуже предыдущих поколений, говорят всегда. Но дети, правда, серьезно изменились, причем в худшую для обучения сторону. Во-первых, это клиповое сознание. У меня студенты теряют нить лекции, логические связки за 2,5–3 минуты. Из-за этого они не в силах что-то выучить. То есть их можно механически научить дифференцировать, а вот развить мышление — уже нет. Математика — это единственный предмет, который профессионально направлен на развитие мозга путем решения задач. Так вот школа превратилась в свалку формул и рецептов решения задач. Месяц решаешь квадратное уравнение, вызубриваешь формулу. Еще у студентов резко изменилась мотивация. Сейчас для многих обучение — это не средство получить профессию, образование, а средство получить корочки, с которыми они будут больше зарабатывать.

У детей очень плохо с памятью — из-за воплей идиотов о том, что дети перегружены, с них перестали спрашивать в школе. Раньше в гимназиях учили латынь и греческий. А в церковно-приходских школах — молитвы и Евангелие. Для чего? Чтобы память тренировать.

Еще у детей повышенный инфантилизм. Могу продемонстрировать объяснительную записку от студента: «Я систематически не делаю домашние задания по математическому анализу по причине того, что поздно возвращаюсь с работы и не успеваю выполнить домашнее задание к утру. Потому что ночью я либо отдыхаю, либо занят другими делами». Посмотрите на это? А вы говорите, что я нещадно критикую. Я доказал, что я педагогически успешен, несмотря на то что мне мешали много лет. Да и сейчас не всегда приятно, между прочим, ректору иметь в университете или директору лицея, моему бывшему ученику, такого педагога, который оспаривает мнение министерства. И не важно, что при этом вся работа делается успешно. Один народный учитель, приближенный к нашему руководству комитетом по образованию, говорит мне: «Как вы смеете выступать на Общественном совете и оспаривать мнение министерства?» Как смею? Кто-то же должен. Моя карьера — ни научная, ни должностная — из-за этого не сложилась. Поэтому, пока есть возможность говорить, я буду это делать. Мне дорога эта страна, но мне не нравится государство, которое развалило образование и науку. Но отделять себя от того, что творится в этой стране и в этом государстве, я не могу.

— Как много ваших учеников уехало на Запад?

— Талантливые уезжают очень часто. Мой второй филдсовский лауреат Стас Смирнов работает в Швейцарии. Программы мегагрантов не вернут никого. Он сюда приезжает на четыре месяца в году, распределяет деньги по своей лаборатории в России. Но он не сможет создать образовательную систему, научную школу для страны. Этим летом два сильнейших выпускника — Влад Волков, у которого две медали международных олимпиад, и Роман Бойкий, у которого одно золото, — должны были поступать в аспирантуру. Рома, узнав об условиях работы и обучения здесь, уехал за границу. Влад остался, за что ему спасибо. Из предыдущего выпуска лучший студент поступил в аспирантуру и у нас, и за границей, в итоге здесь бросил. Еще один защитился здесь и уехал в Сингапур, где у него есть возможность заниматься наукой и ездить по конференциям. Другое дело, что мне удается некоторым внушить, что аспирантуру надо закончить здесь, потому что все еще у нас обучение лучше, я могу направить их к конкретным выдающимся профессорам. У меня был один блестящий кружок, выпуск 1991 года. Этот кружок завоевал под десяток медалей международных олимпиад. Так вот из семи сильнейших ребят из этого кружка в России не осталось ни одного. Большая часть из них бросили заниматься математикой. Потому что финансовым аналитикам с Уолл-стрит платят больше.

Занятия математикой — это тяжелый умственный труд. Изматывающий мозг. Подумайте о Перельмане, когда он бросил все, что делал. Потому что за девять лет мозг оказался выжат, как губка.

К примеру, ребенок лежит в реанимации и родители не знают, выживет он или нет. Для математика задача, над которой он работает, — это тот же ребенок. Поэтому мои выпускники и пошли в финансовые аналитики: платят лучше, а закрыв дверь кабинета, они свои задачи оставляют на работе.

Профессионального математика задачи преследуют сутками, месяцами и годами. Разумеется, этим трудом хочется заниматься в пригодных для этого условиях. А разве можно это делать на зарплату молодого преподавателя без ученой степени? Поэтому и уезжают. У меня нет морального права их укорять, можно только учить больше людей. Потому что так хотя бы середняки останутся здесь. Кстати, во многих вузах уже сейчас некоторые молодые преподаватели — это не самые талантливые, это зачастую лентяи и бездельники, которые готовы обходится своей зарплатой, не сильно напрягаясь на работе. Оставить в вузах лучших — вот это огромная проблема для страны.

-— Вы рассказали об общих проблемах образования. А если коснуться математики, то какая ситуация здесь?

— Уровень математического образования тоже снижается. Я поездил по стране и встречал школьников, у которых стоят «4» и «5» по геометрии, но которые из нескольких геометрических фигур на доске не могут выбрать параллелограмм, потому что не знают, что это такое. Но давайте скажем честно: всеобщее хорошее математическое образование стране не нужно — нужно мышление, которое формируют уроки математики. Не нужно ведь всем хорошее художественное образование. А вот математическое образование как инструмент развития мозга ухудшается. Знаете, добросовестность человека универсальна. Очень трудно быть добросовестным в одном и недобросовестным в другом. Падение уровня образования и требований по одному предмету неизменно понижает добросовестность учеников по отношению ко всем другим предметам. Хотя я понимаю, что если ребенка выращивают как математика, а если он еще, не дай бог, увлекся «спортивной математикой», все время готовится к олимпиадам, то у него просто физически не будет сил учить литературу на том же уровне, что и математику.

На детей надо тратить душевные силы, и делать это по должностной инструкции нельзя. Вряд ли же кто-то захочет, чтобы их ребенка лечил врач, у которого купленные зачеты и экзамены, нет времени на больного, потому что у него частные клиенты. А почему наша власть хочет, чтобы их детей учили плохие учителя? Хотя богатые люди отправляют учиться своих детей за границей, но там в школах учат хуже, чем у нас. Надо заканчивать с иллюзиями о всеобщем среднем образовании. Школы у нас не социальные институты, как в США. Мне один американский педагог сказал: если вы хотите знать, где ваш ребенок впервые попробует алкоголь, наркотики, сигареты и секс, не сомневайтесь, это произойдет в школе. А вот образование он там не получит. Россия — небогатая страна, мы не можем позволить себе школу как социальный институт.

Возвращаюсь к тому, с чего начал: мы должны определить фундаментальное ядро школьного курса. В 1970-е годы у нас привилось дурацкое выражение: «Этот ребенок — гуманитарий». Он «гуманитарий » не потому, что у него хорошо с литературой и историей, а потому, что плохо с математикой и физикой. То же самое происходит сейчас.

Нужно понять, какое образование необходимо для этой страны, и создавать его, а не профанировать, когда ребенок в девятом классе не может распознать параллелограмм. Школа завышает оценки и врет, врет и детям, и родителям.

— Так каким должно быть образовательное ядро?

— Я помню историю, когда в каком-то городе недавно у сварщиков взорвался баллон газа, были человеческие жертвы. Потом выяснилось, что эти балбесы из-за холода, который был на улице, стали нагревать этот баллон. Они не знали, что при нагревании газ расширяется и давление в баллоне повышается. Так вот это фундаментальное ядро — это то, что должны знать все. Определить это образовательное ядро — долгая и сложная работа. Бойтесь тех, кто вам сможет за десять минут рассказать, каким оно должно быть.

— Хорошо. Я переформулирую вопрос. Если бы вы, условно говоря, возглавляли какой-нибудь департамент общего образования, то с чего бы вы начали?

— У начальника департамента нет никакой свободы, он должен выполнять постановления вышестоящих органов. Даже министр образования не может делать то, что хочет, ему реформы спускают. Но я могу вам сказать, с чего бы я начал свою работу. Это то, о чем я говорил: я бы создал лицеи для талантливых детей в федеральных округах. Талантливые дети — это золотой фонд страны, они должны иметь возможность получить хорошее образование не очень далеко от своей семьи. Путь талантливого ребенка в МГУ, а после МГУ за границу мне не нравится. Второе, что бы я сделал, — развязал бы руки педагогам этих лицеев: они должны иметь возможность хорошо учить детей. У нас же по новому закону «Об образовании» все школы одинаковы, нет ни гимназий, ни лицеев. Зато решено ввести профильное обучение. А где мы возьмем хороших учителей по профильным предметам для всех школ страны, если их даже в Москве и Питере не хватает? Мы должны создавать узлы образования, которые при более благоприятных политических и экономических условиях в стране будут способны экспоненциально размножиться. Нужно создать президентские лицеи, куда бы брали действительно талантливых детей, чтобы была единая система их курирования. Кроме того, нужно создать специализированные школы для талантливых детей, причем в соответствии с региональными потребностями. Есть в Новокузнецке металлургические комбинаты, значит, им понадобятся инженеры. Так я бы и стал строить наше образование.

— Хоть что-то в нынешней реформе образования вы считаете приемлемым?

— В реформе образования — нет. Она назрела очень давно, но начинать нужно было совсем с других вещей. Какого лешего мы пишем стандарт учителя, если это ничего не изменит реально в нашей школе в лучшую сторону? Мы занимаемся несвоевременными вещами и не анализируем того, что происходит. К примеру, в стране якобы проходил эксперимент по ЕГЭ. Эксперимент — это когда мы сравниваем результаты контрольной группы испытуемых с остальными. Оказалось, что это был не эксперимент по ЕГЭ, а эксперимент по внедрению ЕГЭ, что все-таки несколько иное. Мы до сих пор не можем получить его результаты. ЕГЭ признали успешным, теперь его решили улучшать. Но если те скандалы, которые сотрясают каждый год страну, — это успех, то покажите, где неудачи.

Преступление против страны — позиционировать образование как услугу. Педагог не шлюха. Образование — это системообразующий институт нации, который мы утрачиваем. И это таящая угрозу национальной безопасности глупость, когда второе лицо государства не знает, что творится в образовании. Премьер-министр говорит, что ни разу не встречал учителя, который бы был недоволен и критиковал ЕГЭ. Очевидно, что вместо знания о реальном положении дел в стране его окружение демонстрирует ему потемкинские деревни. Не те картины, как реально обстоят дела, а те картины, которые приятно будет видеть начальству. А без видения реального положения дел нельзя проводить реформы.

Мне нравится только то, что, несмотря на реформы, сохраняются педагоги и образовательные институции, которые продолжают успешно работать. Но это происходит не благодаря реформе, а ей вопреки.

[Агидель]

Прочитала книжку. Попов А.Е. Мамаматематика.

С пальцами не расставайтесь!
– Сколько процентов от часа составляет урок?
– Сколько процентов от часа составляют две трети урока?
Ради Бога, не давайте своего взрослого определения процентов.
Ребенок шаг за шагом, интуицией сам дойдет и вам еще фору даст.
Ваше дело – терпеть!
– У тебя четыре конечности: две руки, две ноги. Протяни правую руку ко мне. Сколькими процентами ты до меня дотронулся?
– У тебя на лице пять дырочек: два глаза, две ноздрюшки и рот.
Закрой глаза, зажми нос и скажи слово «процент». Так сколько процентов твой рот составляет? А сколькими процентами ты смотришь на меня?
– Если сто пальцев лежат на столе, сколько дырочек из носа на них посапывают? А если пальцев тысяча? А если их сто тысяч?
Вот это стол!
Математика – первая, самая примитивная ступенька к храму культуры.
Ну, как тут без мамы обойтись?
– Когда все цифры перевернутся с ног на голову, какие из них
останутся цифрами, а не бог знает чем?
– Ты не знаешь, почему одни звезды подмигивают, а другие нет?
Узнай имена тех, что не подмигивают.
Начинайте день с вопроса: «А чего ты не знаешь?»
Отвечайте тем, что не знаете вы.
Выигрывает тот, кто не знает больше.

Об авторе.
Александр Евгеньевич Попов – преподаватель математики, Заслуженный учитель РФ,
член Союза писателей России, с 1989 года
директор челябинского физико-математического Лицея №31.

– Папа, ты хочешь на завтрак тор с маслом? – сын смотрит хитро, ждет реакции. Разговор про математические бублики был вчера, значит, придумал шутку еще вечером и ждал утра, чтобы порадовать папу…
Сыну пять лет, и он еще не знает, что математику можно – учить, что ею нужно – заниматься, ему еще не объяснили, что математика – трудна и скучна, хотя и необходима, ему еще не сообщили, что математика нравится только жутко умным, а большинство нормальных людей – «гуманитарии», которых цифры и формулы повергают в ужас. Он ничего этого не знает, он математику просто
любит, играет в нее и живет ею. Впрочем, об этом он тоже не знает. Потому что математика – она просто есть.
Арифметика начинается с первого шага, с растопыренных пальчиков, с лестницы во дворе. Геометрия сидит в коробке пластилина,
в палочках и камешках, в мухе, ползущей по стеклу. Алгебра – в разноцветных кубиках. Время живет в песочных часах, а в циферблате – тригонометрия и шестидесятеричная система счисления. Теория вероятностей катается с кубиком по игровому полю и подмигивает из прогноза погоды на завтра. Пропорции и проценты прячутся в банке с мукой, а готовый пирог распадается на дроби.
Математика превращает мир вокруг нас в Страну Чудес, полную всяких интересностей и неожиданностей.

[Агидель]

10 советов от учителя:
1. Урок начинается с интереса ученика к предмету.
2. Прежде, чем объяснить, обрадуйте.
3. После того, как ученики заулыбались, заинтригуйте.
4. После того, как заинтриговали, объясните, зачем это им нужно.
5. Передавайте своё удивление и восхищение тем, что вы объясняете.
6. Запоминается неожиданный пример.
7. Запоминается наглядное и то, что можно использовать.
8. Высший класс – когда ученик хочет переосмыслить вашу информацию и объяснить другим.
9. Хотят учиться не у того, кто хорошо знает предмет, а у того, кто показал, как он нужен ученику.
10. Урок – не когда знающий объясняет незнающим, а когда собравшимся хорошо вместе. А что ещё и полезно – это следствие!

[черничка]

Агидель,

[Агидель]

Стартовала Всероссийская олимпиада школьников в 2012-2013 учебном году

Всероссийская олимпиада школьников как и в прошлые годы проводится в 4 этапа:

Школьный - с 1 октября по 15 ноября 2012 года

Окружной - c 15 ноября по 15 декабря 2012 года

Региональный - с 10 января по 10 февраля 2013 года

Заключительный - c 1 по 30 апреля 2013 года

Официальная информация и новости от оргкомитета публикуются на сайте Всероссийской олимпиады школьников http://www.rosolymp.ru/

[Агидель]

ВАЛЬДОРФСКАЯ ПЕДАГОГИКА

ВАЛЬДОРФСКАЯ ПЕДАГОГИКА

Историческая справка
Вальдорфская педагогика была основана Рудольфом Штайнером. В 1907 году он издал книгу «Образование ребенка», в которой раскрыл основные принципы обучения. А 7 сентября 1919 года открыл первую школу, а затем и детский сад для детей, чьи родители работали на табачной фабрике «Вальдорф-Астория» в Штутгарте (Германия). Именно от названия фабрики и произошло название методики – вальдорфская.
Вскоре подобные детские сады и школы были открыты и в других городах Германии, а также США, Великобритании, Швейцарии, Голландии, Норвегии, Австрии и Венгрии и др. На данный момент по всему миру насчитывается около 2000 вальдорфских садов и 800 вальдорфских школ. В России первые вальдорфские сады и школы начали появляться с 1990 года, в основном в них работали и работают православные педагоги, получившие специальную подготовку.

Биография.
Рудольф Штайнер (27.02.1861 – 30.03.1925) - немецкий ученый философ и педагог, видный деятель, родоначальник антропософии (науки о познании человеческой духовности). Им было написано более 20 книг и прочитано около 6000 лекций, в которых затрагивалась религия, философия, наука, экономика, сельское хозяйство, образование, медицина и искусство.
Ближайшей соратницей Рудольфа Штейнера была его жена - Мария фон Сиверс (14.03.1867 – 27.12.1948).

О методике
У Рудольфа Штейнера был свой взгляд на развитие детей. Он одним из первых заявил, что детство – уникальный период жизни человека, а потому дети как можно дольше должны оставаться маленькими, а задача родителей и воспитателей - помочь им насладиться всеми прелестями раннего возраста.
Вальдорфская система образования основана на уважении к детству и работает по принципу «неопережения», т.е. предоставляет ребенку возможность развиваться в собственном темпе.
Цель вальдорфской педагогики - развивать природные способности каждого ребенка и укреплять его веру в собственные силы, которая понадобиться ему во взрослой жизни. Во главу угла эта школа ставит не передачу знаний, воспитание.
Главным содержанием работы в вальдорфском детском саду является освоение народной культуры и разнообразных видов художественной деятельности.
Для вальдорфцев очень важно созвучие в ребенке души и тела. Иными словами, ребенок – это целостный и гармоничный человек во всех проявлениях - интеллектуальных, эмоциональных, духовных, социальных и физических.

Основные принципы организации детских садов и школ:
• Дети - дошкольники. В вальдорфских садах разновозрастные группы для детей от 3х до 7 лет. Таким образом, дети живут, как в одной большой многодетной семье. Младшие ребятки стремятся подражать старшим, старшие учатся ухаживать за младшими. Наполняемость групп - до 20 человек.
• Организация пространства. Индивидуальность ребенка может развиваться свободно, если её ничего не подавляет. Поэтому для создания радостной, спокойной и творческой атмосферы в вальдорфской группе организовано игровое пространство (столы, плетеные стульчики, вдоль стен стоят деревянные открытые полки, на них - корзины с шелковыми и хлопчатобумажными лоскутами и т.д.), подготовлено разнообразное оборудование (самодельные игрушки) и художественно оформлены помещения (стены и занавески – нежно-розового цвета, на стенах - панно из тканей и природных материалов, репродукции икон и картин, на столах – льняные скатерти и т.д.). Вальдорфская среда не предусматривает наличие телевизора, радио и компьютеров.
• Вальдорфские игрушки. Вальдорфцы не признают пластмассовые, электронные и механические игрушки. Предпочтение отдается упрощенным игрушкам исключительно из природных материалов. Игрушки только намекают на свою возможную функцию и позволяют вариативно использовать себя в игре. Считается, что именно такие рукотворные игрушки заставляют ребенка фантазировать, додумывать образы и придумывать с ними свои сюжеты. Так, например, куколкой может стать завязанный по-особому носовой платок или веточка, листик дерева. Строительным материалом здесь выступают деревянные брусочки, поленья, чурбаны, спилы веток и стволов, шишки, желуди, каштаны, кусочки коры, камни, ракушки и т.п. Руками воспитателей, родителей и самих детей создаются красиво сшитые куклы, гномы, животные, эльфы, набитые непряденой шерстью, вязаные куры и овечки, подвижные деревянные игрушки по типу загорских (кузнец стучит по наковальне) и т.п.
• Воспитатель. В вальдорфском саду важны не столько знания, сколько общее самочувствие малыша, осознание им своего места в мире, развитие его индивидуальности. А всего этого можно добиться благодаря приятной атмосферы в группе, сплоченности детского коллектива и доверительных отношений с воспитателем, а всё это полностью зависит от личности самого педагога. Поэтому к вальдорфским преподавателям особые требования – ведь они для своих воспитанников «образцы для подражания» и высший авторитет. Воспитатели должны заниматься самосовершенствованием и следить за своим поведение, движениями, манерами и всем остальным.
• Подражание. Первые семь лет малыш постигает мир опытно - подражательным, а не рассудочным путем. Взаимодействуя с родителями и другими людьми, играя, рисуя, кушая, ребенок подсознательно впитывает окружающую действительность и приобретает огромный опыт, который проходит через его руки, голову и сердце и закладывает основу его чувств, мыслей, поступков и стремлений. Именно подражательный инстинкт и естественное любопытство, а не зубрежка и формальные требования взрослых сохраняют и приумножают в детях искреннюю любовь к учению.
• Игровая деятельность. Самой важной деятельностью для ребенка – является свободная игра. Наверно ни в одном саду дети не играют столько, сколько в вальдорфском саду. При этом детям не задаются правила игр, они играют только в то, что им интересно (в основном это сюжетно – ролевые игры), а задача взрослых как можно меньше вмешиваясь в саму игру, а просто побуждать, поддержать и развить интерес ребят к игровой деятельности. Помимо игровой деятельности дети подражают и помогают взрослым в ухаживании за садовыми растениями, варке компота, резке салатов, выпечке хлеба, пирогов и печенья, уборке группы и т.д. Т.е. дети занимаются осмысленным, настоящим и полезным делом, получая тем самым широкое и глубокое представление об окружающем мире.
• Всему своё время. Вальдорфские педагоги противники раннего целенаправленного обучения - они избегают нагрузок на память и интеллект детей. Они считают, что от вложенных в ребенка готовых знаний нет никакого прока. Процесс обучения должен быть тесно связан с индивидуальными, возрастными и духовными особенностями развития детей и выстроен так, чтобы определенные знания дети получали именно в тот период, когда им действительно это интересно. Для маленького ребенка будет более естественным постигать мир в игре, через эмоции, а не изучать абстрактные понятия в виде букв и цифр. С детьми раннего возраста в вальдорфской системе в основном уделяется внимание лепке, развитию мелкой моторики, азам вышивания. А со старшими - пошиву игрушек, резьбе по дереву, обработке камня.
• Ритм и повторения. Вся наша жизнь пронизана ритмом и повторениями (части суток, неделя, времена года и т.д.). И наши предки всегда жили в согласии с ритмами природы. Поэтому в вальдорфской педагогике жизнь детей в соответствии с их ритмическими циклами - считается одним из условий их гармоничного развития. У последователей Штайнера ритм дня представляет собой чередование фаз «вдоха» и «выдоха». Фаза «выдоха» - это свободная творческая игра ребенка, в которой он выражает и проявляет себя. Она сменяется фазой «вдоха», когда дети впитывают в себя что-то новое, занимаясь с воспитателем. Ритм недели состоит из чередующихся занятий – в понедельник дети рисуют, во вторник – лепят из воска, в среду – занимаются прядением, в четверг – пекут, в пятницу у них генеральная уборка. Годовой ритм связан с изменениями погодных условий – весной дети делают грядки на садовом участке, летом – плетут венки из цветов, зимой – лепят из теплого воска. Жизнь в ритме дает ребенку уверенность и спокойствие.
• Занятия. При избытке умственной деятельности ухудшается здоровье детей, поэтому по вальдорфской программе в течение дня идет плавный переход от «трудовых» видов деятельности (шитье, вязание, прядение, валяние, резьба по дереву, обработка камня и металла) к «художественно-эстетическим» (живопись, музыка, лепка, игра на музыкальных инструментах, эвритмия (образная пластика), ритмические игры, гимнастика, традиционно-народные игры).
• Индивидуальность. В вальдорфской системе все равны – тут нет «хороших» и «плохих» детей, «толстых» и «злых», отсутствует разделение детей по материальному, социальному, национальному, религиозному статусу, нет цифровых отметок (безоценочная система) и соревнований. Данный подход позволяет детям наиболее полно раскрыть свои способности и избежать ощущения неполноценности.
• Родители. В вальдорфской системе очень важна совместная работа родителей и педагогов, посвященная общей задаче воспитания. Родители здесь — частые и желанные гости, и их инициатива всегда приветствуется – помощь в изготовлении игрушек, оформлении и уборке группы, активное участие в праздниках и т.д.

Последователи Штайнера берегут и поддерживают любую инициативу ребенка. У них существует только три причины, по которым можно отказать или запретить ребенку что-то делать:

- если выполнение желания ребенка может причинить вред ему самому.
- если его действия могут повредить другим.
- если могут пострадать какие-либо вещи.

При этом запрет взрослого должен быть четким, лаконичным и не допускающим возражений. Тогда он будет действенным и ребенок поймет, что все в жизни происходит не по произволу взрослого, а подчиняется необходимым законам.

Будние дни

Как же проходит день в вальдорфском саду?

О приходе малышей воспитателя предупреждает колокольчик, подвешенный над дверь. Педагог встречает ребенка, здоровается с ним за руку, что означает: «заходи, малыш, тебе здесь рады».
День начинается общим приветствием - «утренним кругом», который объединяет детей и позволяет каждому из них осознать своё место. С детьми проводится ритмическая игра-зарядка, где дети активно двигаются, топают и хлопают, читают стихи, поют песни.
Затем идет свободная игра, тут дети могут строить из столов и стульев башни, дома, кареты; выкладывать из каштанов дорожки или заборчики; перевозить на тележке грузы; играть в «дочки – матери» (пеленать и кормить «голышей»); раскладывать камушки и шишки по корзинам и т.д.
Воспитатели же сидят посреди комнаты за большим рабочим столом и, как и любая мать, исподволь наблюдая за детьми, занимаются «своими домашними делами». Они шьют кукол, вяжут крючками мячики, плетут корзины, штопают носки, стирают белье или готовят винегрет. Любой ребенок, заинтересовавшись и желая «подражать», может присоединиться к ним.
После свободной игры – уборка игрушек и завтрак (хлеб, мюсли или другие злаковые блюда, фрукты, чай).
Затем «вдох» - интенсивная музыкально – ритмическая игра. После нее – снова расслабление - прогулка на свежем воздухе, где детям позволено лезть и в воду, и в грязь (в специально приготовленной одежде), играть в песочнице. А можно сходить в парк, покормить животных или, если «на дворе весна или лето» - заняться огородничеством.
После возвращения с улицы – у детей есть время снова на «вдох» - воспитатель рассказывает или показывает сказку (например, братьев Гримм), легенду, басню, библейскую историю, историческое событие и т.п. Причем, одно и тоже произведение воспитатель может «обыгрывать» целую неделю, благодаря чему, дети «вживаются» в сказку и знают в ней каждое слово. Можно не только рассказывать, но и всем вместе сочинять сказки о вылепленных детьми персонажах: «Жил был зайчонок (которого слепила Катя). Он очень боялся волка и лису (их тоже лепили дети)» и т.д. - разыгрывается целое театральное представление.
Потом обед за общим столом, накрытым самотканой льняной скатертью и салфетками. Еда подается в красивых глиняных мисочках.
После обеда сон в уютной деревянной кроватке под лоскутным одеялом, потом полдник и занятия на «вдох». Это может быть пение или игра воспитателя на блок – флейте, ксилофоне, лире или других музыкальных инструментах, пальчиковые и жестовые игры, эвритмия и т.п.
За "вдохом" следует "выдох" - подвижные игры, игры-ожидания (например, «что в мешочке лежит?»)

Праздники в вальдорфском саду

Праздники в вальдорфском саду занимают особое место. Ведь эти праздники – не демонстрация достижений, а важная часть общей жизни. Они проводятся в духе народных традиций. Детей не «муштруют» по заготовленному сценарию. Это настоящие праздники детской души, где дети, родители и воспитатели являются и гостями и хозяевами одновременно. Поэтому и делают они все вместе – украшают детский сад, прямо в группе пекут пироги, накрывают на стол, разучивают стихи, поют песни, танцуют.
В вальдорфском детском саду, кроме календарных праздников (Нового года, Женского дня), существуют и другие праздники. Например, День Урожая, на котором делается костер из листьев, печется картошка, а каждый малыш получает в подарок корзину с осенними дарами. А в ноябре - праздник Фонариков – дети и взрослые, «вооружившись» самодельными фонарями отправляются на поиски клада, который припрятали гномы. На Рождество – спектакль о Чуде, свечи, яблоки и тихая музыка. После Нового года – Колядки, Масленица - с трещотками, санями, хороводами, прыжками через костер, ну и конечно сжиганием чучела. На Иван – Купалу– гулянья на лужайке между украшенными березками, хороводы, костры.
Ну и конечно же, самый главный праздник для каждого ребенка – его День Рождения. Малыш может прийти в этот день в группу с родителями, которые расскажут о его появлении на свет и о самых интересных событиях из его жизни. Затем поздравления с Днем Рождения, подарки, хороводы, домашние угощения.

Отрицательные моменты. Давайте обсудим?
• Вальдорфские детские сады подойдут далеко не всем детям, вернее не всем родителям. Ведь принципы Штайнера должны быть близки вашим жизненным взглядам – следование народным традициям, обстановка дома без всяких излишеств, отсутствие плодов цивилизации, творческий семейный уклад, любовь к искусству, литературе, театру и т.д.
• Нужно понимать, что основное направление вальдорфских садов и школ – гуманитарное. Так что если ваш ребенок больше склонен к точным наукам – ему это вряд ли подойдет. Закончив школу, выпускники - «вальдорфцы» в основном идут учиться на педагогов, актеров, художников, дизайнеров и т.п.
• Изначально вальдорфская система была рассчитана на детей рабочих табачной фабрики. Поэтому-то так много внимания уделяется именно хозяйственно-трудовым навыкам, а не интеллектуальным, научным, техническим и логическим.
• Сам Рудольф Штайнер был весьма незаурядным человеком – мистиком, эзотериком, увлеченным изучением души и ауры человека, основателем антропософского общества. Естественно, что и в его системе идет небольшой «перекос» имеемо в чувственно - духовную сферу.
• Педагогика создавалась около ста лет назад и за всё это время она почти не изменилась! Но прогресс-то не стоял на месте. Получается, что дети в вальдорфском детском саду живут в замкнутой искусственной среде – играют в палочки и камушки, учатся читать и считать только в третьем классе, не знакомятся с классическими произведениями для детей (Пушкина, Барто, Михалкова, Носова и т.д.), не прилагают никаких усилий для добычи знаний. Но рано или поздно ребенок столкнется с реальностью – не будет ли она для него подобно «удара молнии» и не окажется ли он «белой вороной» в нашем динамичном мире.
• Воспитатели никогда не ругают детей, не делают им замечаний (только в самом крайнем случае). А если ребенок итак слишком темпераментный и неуравновешенный, он может в дальнейшем стать и вовсе не управляемым.
Хотя как правило, дети, посещающие вальдорфский садик – ходят в него с большим удовольствием. Ведь один из главных принципов вальдорфской педагогики – отсутствие любого принуждения.

[Агидель]

Правила школ разных стран мира.

Школы в Великобритании
Чиновники Великобритании запретили детям 11-18 лет использовать сленг в школах. Даже «привет»/ «пока» дети должны заменить официальными «доброе утро»/ «до свидания». Под запретом и все разговорные сокращения. Власти считают допустимым в школах только литературный, стандартный английский язык. Обоснования таким требованиям просты – стремление улучшить культуру речи и расширить словарный запас школьников. Чиновники уверяют, что это повысит шансы детей на трудоустройство и развитие карьеры в будущем.

Школы во Франции
Школы во Франции удивят вам своей ярко выраженной национальной окраской. Первые школы для деток – это «материнские школы», в которых к общему начальному образованию готовят уже с 2-3 лет. С детьми работают и педагоги, и психологи. В 5 лет все дети обучаются чтению в обязательном порядке. Начальная школа во Франции длится 5 лет. Потом 4 года дети учатся в коллеже. А затем 2-3 года – в лицее или старшей школе. На третьей ступени обучения уже выбирается специализация дальнейшего образования. Лицей во Франции заканчивают только 80% школьников из-за сложностей обучения в нем. Школы во Франции – одни из лучших образовательных учреждений в Европе.

Школы в Мексике
В Мексике работает программа общинного образования. Она создана по инициативе Национального совета Мексики по развитию образования с поддержкой Межамериканского банка развития. Программа рассчитана на мексиканских детей, которые проживают в отдаленных деревнях без возможностей получения образования. В рамках данной программы в качестве учителей-стажеров в деревнях поселяются на год или два студенты. Они дают образование детям за скромное жалование. Взамен по окончанию срока пребывания студенты получают гранты для продолжения образования. Каждый год по этой программе обучаются около 300 тыс. детей из 40 тыс. населенных пунктов.

Школы в Австралии
Школьное образование в Австралии стало причиной беспокойства для властей страны. Процветание Австралии выстроено на сельском хозяйстве и овцеводстве. Эксперты обеспокоены, что современные школьники далеки от этих отраслей. Австралийским советом по исследованиям в области образования было проведено исследование по школам страны. Участвовала 61 школа, в том числе это были и сельские школы. Исследование прошли 900 школьников. Результаты шокировали. 40% десятиклассников обозначили животное происхождение хлопка. 13% десятиклассников и 27% шестиклассников ответили, что йогурт является растительным продуктом. Похоже, школы Австралии требуют перемен.

Школы во Вьетнаме
Вьетнамские школы и даже детские сады Хошимина теперь радуют детей и их родителей нововведенной йогой. Занятия начинаются с позы лотоса, а преподаватель рассказывает мудрые притчи. За день школьники и детсадовцы получают около часа занятий йоги. Возможно увеличить временную продолжительность йоги, выбрав еще и внеклассные урок йоги. Специалисты сферы образования и спорта убеждены, что йога позитивно влияет на достижение учебных целей школьниками, снимает тревожность и повышает концентрацию детей. Родители же счастливы, что дети меньше стали «зависать» в онлайне.

[Агидель]

Бесплатный вебинар для родителей и педагогов
"Гувернерство, семейное образование: история и современность»

29 марта 2014 года с 12.00 до 13.30 мск.

Зарегистрируйтесь на вебинар по ссылке ► http://my.webinar.ru/event/272894/?t=37477

На вебинаре будут раскрыты следующие вопросы:
1. Современные тенденции развития общества и образования.
2. Виды и формы получения образования.
3. Семейное образования: «за» и «против». Экстернат.
4. Гувернерство: исторические аспекты.
5. Требования к современному гувернеру.
6. Индивидуальная образовательная программа и тьюторское сопровождение.
7. Тьютор – педагог новой формации. Тьюторство в гувернерстве.
8. Отличия позиции тьютора от других педагогических позиций – учителя, классного руководителя, педагога-психолога, репетитора, социального педагога, коуча.
9. Нормативно-правовое регулирование семейного образования и гувернерства.

Ведущий семинара- Андрей Александрович Тёров, заместитель заведующей кафедрой тьюторского сопровождения ГАОУ ВПО "Московский институт открытого образования" , Федеральный эксперт ООО Межрегиональная тьюторская ассоциация, кандидат педагогических наук, автор публикаций по проблемам индивидуализации и тьюторского сопровождения
Зарегистрируйтесь на вебинар по ссылке http://my.webinar.ru/event/272894/?t=37477