о середины 1980-х годов программы начальной школы использовали зрительно-логический метод подачи информации, нацеленный на усвоение логики языка и привычку писать в соответствии с тем, что видишь. И старшеклассники тех лет, даже если не помнили конкретных правил, писали грамотно.
А затем произошёл переломный момент: в соответствии с теоретическими разработками психолога Д. Б. Эльконина были приняты учебные программы, основу которых составляет звуковой анализ речи. И все современные программы продолжают обучать в первую очередь звуковому анализу слов, и только потом детей знакомят с буквами и показывают, как переводить звуковой образ в буквенную запись. То есть современные программы учат детей писать так, как они слышат.Во всём мире считается, что суть чтения заключается в понимании прочитанного. А у нас победила идея, что суть чтения — произнесение звуков: «…без правильного воссоздания звуковой формы слова невозможно понимание читаемого», — утверждает Д. Эльконин. А как же тогда читают и понимают тексты глухонемые дети, которые, не обладая звуковой речью, обучаются по тем же учебникам, что и дети общеобразовательных школ? Я четыре года работала в школе глухонемых, — эти дети не слышат и не воспроизводят звуковой образ слова, но они хорошо понимают прочитанное и пишут грамотно.
Как писал психолог и лингвист Алексей Леонтьев, «…сегодняшняя школа учит в основном технике чтения, но оказалась неспособной учить собственно чтению, смысловому восприятию, адекватному пониманию содержательной стороны целостного текста». Известно, что при обучении чтению важно как раз исключить проговаривание, научить читать «про себя».
К чему привело внедрение нового метода обучения грамоте? В 2000 году «Program for International Student Assessment» проводила масштабное исследование: проверялось умение 15-летних учащихся 32 стран читать и грамотно писать. Наиболее грамотными оказались учащиеся Финляндии, Канады, Новой Зеландии, Австралии, Ирландии, Кореи, Великобритании, Японии, Швеции, Австрии (1—10-е места). Французские школьники заняли 14-е место, американские — 15-е, испанские — 18-е,
итальянские — 20-е, немецкие — 21-е, российские — 27-е. В исследовании 2003 года, проведённом Международным институтом чтения, учащиеся РФ заняли 32-е место по качеству чтения и функциональной грамотности среди 40 стран.
Отчего произошёл такой спад? Думается, причина в установках. По современным российским требованиям главным критерием качества чтения стала скорость, далее — выразительность и безошибочность произношения. Пониманию текста почему-то отводится последнее место. Получается, что, если ребёнок лихо отбарабанил текст, понимание можно не проверять. Даже безошибочность идёт после скорости! А ведь чтение — сложная интеллектуальная деятельность, которую вряд ли можно свести всего лишь к работе артикулярно-произносительного аппарата, как считал Д. Эльконин.
В Санкт-Петербургском государственном университете, в лаборатории социальной психологии, провели следующие эксперименты: ученикам 2-го класса, успешно сдавшим технику чтения, предлагали прочесть вслух два предложения из текста, в котором шла речь о рябенькой курочке с хохолком на голове, а на иллюстрации к рассказу был нарисован щенок. Все дети легко и громко прочитывали два предложения, а на вопрос: «Про кого говорится в тексте?» — уверенно отвечали: «Про собачку». Более того, мы просили детей пересказать прочитанный ими текст и задавали тот же вопрос. Дети легко повторяли прочитанное довольно близко к тексту, почти наизусть… и по-прежнему отвечали, что там говорится про собачку!
Что же происходит?
Когда детей на начальном этапе формирования навыка чтения заставляют читать громко вслух и упор делается на скорость, тренируется только операция озвучивания текста, но не его понимания. Происходит расщепление навыков: дети учатся бегло озвучивать тексты, не понимая того, что читают. При этом педагогическую проверку техники чтения они проходят без труда. Считается, что читать они умеют.
В той же лаборатории социальной психологии Санкт-Петербурга проводили и такой эксперимент: взрослым людям предлагали громко, выразительно читать газетные статьи или научные доклады, а затем их просили изложить суть прочитанного. Все испытывали затруднения с воспроизведением смысла. Когда те же люди читали аналогичные тексты молча, затруднений в выделении основных смысловых моментов или в пересказе не возникало.
Какие варианты освоения способности читать наблюдаются у школьников? О полноценном беглом чтении можно говорить, если смысловой единицей восприятия становится целое предложение. Тогда ребёнок схватывает его смысл, легко понимает любые тексты и умеет грамотно писать. Но в начальной школе таких набирается не более двух-трёх на класс.
Значительно чаще в качестве смысловой единицы восприятия текста у школьников выступает отдельное слово или словосочетание. Но в этом случае смысл предложения доходит не сразу, а как бы складывается из двух-трёх кусков. Подобный навык чтения — неполноценен. Дойдя до конца предложения, школьники не помнят, с чего всё начиналось.
Простые тексты на знакомые темы дети ещё понимают, но стилистически сложные предложения, характерные для литературных произведений, — с трудом, частично или искажённо. Описания природы или душевного состояния героев тоже оказываются за рамками понимания.
С диктантами школьники справляются успешнее, чем с сочинениями. Ведь в диктанте не требуется самому выстраивать фразы. А в сочинениях неверные навыки сразу проявляются: отсюда масса ошибок по согласованию и столько же стандартных орфографических ошибок.
Получается, что те школьники, кто успешно прошёл педагогическую проверку техники чтения, в действительности текст не воспринимают. А если так, то, естественно, ухудшается усвоение материала всех предметов.
В том, что современная молодёжь не читает, виноваты в основном не компьютеры и телевизор, а программы начальной школы. Если в школу приходит ребёнок, не умеющий читать, таким он школу и покинет.
Наши исследования показали: идёт постоянное падение грамотности. Сегодня лишь треть выпускников 11-х классов может понимать содержание научных и литературных текстов. Остальные не только не в состоянии учиться дальше, но у них возникают серьёзные проблемы в выборе работы: некоторые профессии, даже не требующие высшего образования, предполагают понимание написанного. Кстати, и литература, в том числе и художественная, доступна им уже не вся.
Какой же вывод можно сделать? Самый простой: вернуться к той методике преподавания, которая обеспечивала правильное восприятие текста и при которой школьники писали много грамотнее нынешних.
Мобильная версия
Видишь ли, лично для меня это праздник будет, ибо жена будет работать меньше, формалистика исчезнет как класс, а зарабатывать будет больше. И детей учить частно я смогу, ибо доходы позволяют. Огорчение здесь только для малоимущих, которые хотят, но не смогут оплатить стоимость обучения в частной школе. И это - главный минус. А плюсов - множество. В музыкалках столько балласта... как по ученикам, так и по организации обучения... Но вот ведь проблема: и не убивают старую систему - и денег нормальных не платят. Уходить на частное обучение при живой музыкалке тяжело, ибо стоимость несопоставима, и к частникам будут идти только под конкретное имя, а оно есть не у всех.
А подавляющее большинство выпускников ДШИ через несколько лет после выпуска не помнит, с какой стороны к инструменту подойти. Половина просто "посещает", не утруждая себя ни домашним заданием, ни какими-либо усилиями на уроках. Мама решила, что дитятке будет полезно "заниматься музыкой" - вот дитятко и "занимается". Хотя занятия не бесплатные, но для большинства эти суммы - символические. При этом педагогам за их мучения с этим балластом платят ставку 6 т.р. Будешь работать с утра до ночи с одним выходным - заработаешь тыщ 15... И при этом офигительное количество всяческой писанины, тонны ненужных бумаг, разнообразные планы/отчеты/характеристики/портфолио/аттестации/профанации... А выхлоп - один ребенок раз в 5-6 лет поступит в музучилище или институт культуры. Несколько десятков будут музицировать в виде хобби и будут иногда слушать не только попсу, но и классику. Для остальных, кроме корочки, не изменится ни-че-го. От слова совсем.
В ДШИ талантливые попадают редко, ибо в том возрасте, когда ведут набор, сознательное увлечение музыкой - редкость, а когда "засвербело" - в школу уже не берут. Практически все частные ученики у жены - это именно те, кому "захотелось", а в ДШИ уже не берут. И на поступлении в музучилищах значительная часть тех, кто учился частным порядком - либо совсем без ДШИ, либо параллельно с ДШИ.
). На скрипке у нас аншлаг, все преподаватели загружены по самое не балуйся.
Обычного пианино достаточно, если "очень хоцца поучиться". Ну а уж если талантище - то с роялем решается.
Мы ж тут за ДМШ/ДШИ терли, нет? Музучилище - становой хребет нашей системы образования в части музыки, без них реально все рухнет. Конса - это вишенка на торте, заточка профессионалов. Подавляющее большинство музработников, преподавателей, музыкантов имеют за плечами только училище.
